На обмороженных губах пленного блуждала легкая улыбка, в ничего не видящих глазах кружилась дымка забвения…

* * *

Десятки пылающих факелов не сумели разогнать обитающую здесь тьму. Лишь слегка рассеяли ее, осветив небольшую квадратную площадку из камня, покрытую толстым слоем почерневшей высохшей крови.

Посреди возвышения недвижимо стоял полностью обнаженный мужчина с лицом выражающим лишь полную покорность. Его глаза слепо глядели на лежащие повсюду тела застывшие в неестественных позах, изломанные и искромсанные. Кровь повсюду. Подсыхающими лужами, пятнами, брызгами, каплями. Казалось сам душный воздух подземелья заполнен кровавой взвесью.

Стоящий в нескольких шагах от площадки Пробудившийся видел не только истерзанную плоть и кровь. Он видел самое главное — клубящуюся в воздухе жизненную энергию, медленно крутящуюся в водовороте. Таки потоки энергии бывают над полями только что закончившихся битв, когда сотни и тысячи людей убивают друг друга в кровопролитном бою. Здесь высосанной и вырванной из людских тел силы было куда меньше, но для Платы этого вполне хватало.

А если не хватит — у самого входа на коленях стояло еще два десятка будущих жертв, рядом с которыми ожидал старый лорд Ферсис, не сводящий взгляда с Пробудившегося, готовящегося начать ритуал. Сегодня многие люди не вернутся домой. Жены к мужьям, отцы к сыновьям, дети к родителям… им уже не свидеться никогда.

Испустив шипящий выдох, Пробудившийся опустился на одно колено и прижал ладони к окровавленному полу. С его губ сорвались странные слова на чужом гортанном языке. Первый Раатхи начал взывать… монотонно и упорно, не отрывая ладоней от пола. Водоворот жизненной энергии закружился быстрее, нижняя его часть сузилась и коснулась затылка вздрогнувшего всем телом обнаженного мужчины избранного на роль вместилища.

В расположенном глубоко под землей зале пронесся глухой заунывный вой, воздух ощутимо похолодел.

Именно в этот момент, когда послышался вой, далеко в Диких Землях принц Тарис вздрогнул всем телом и застыл, жадно вслушиваясь. Именно тогда Тарис Некромант скомандовал привал и принялся чертить узор на замороженной земле.

Подземный храм тяжко вздрогнул, по каменной площадке пробежала извилистая трещина, через тело обнаженного мужчины с ревом проходил смерч жизненной энергии, уходя вниз.

Плата была принята.

Пробудившийся издал глухой торжествующий смешок, ибо ему всегда нравился этот момент.

Момент возвращения любимых игрушек.

Стоящий посреди площадки мужчина затрясся всем тело, его плечи с хрустом подались назад, грудную клетку расперло, будто он пытался сделать очень глубокий вдох… неподвижные доселе губы шевельнулись, послышались тихие слова: