— Отжил или нет, то ведомо лишь Создателю — после продолжительной паузы ответил святой отец — Мы никого не оставим позади. Всех заберем с собой. Но впереди еще долгий путь.
— Где здесь жить? — с надрывом выкрикнула одна из женщин, безвольно опускаясь в снег и прижимая к себе закутанного в меха ребенка — Тут кромешная тьма повсюду!
— Ободрись — отец Флатис впервые за очень долгое время едва заметно улыбнулся — В этой тьме есть яркий огонек. Там надежные скалы и стены берегут покой и тепло, там всегда найдется для каждого миска густой мясной похлебки и угол для сна. Там возносят молитвы не проклятому Темному, а милостивому Создателю нашему. Есть и церквушка светлая, дабы оплакать погибших и вознести молитвы. Туда мы и держим путь, сестры и братья. Ободритесь же, соберитесь с силами, встаньте… нас ждет дорога.
— Да, отче — всхлипнула женщина, на чью непокрытую голову подошедший священник мягко опустил ладонь — Да…
Угрюмые лица оставшихся в живых поселенцев и давно уже мрачных братьев монахов немного разгладились, когда они представили себе безопасное место и горячую еду. Еще есть надежда…
— Это где ж такое место сыщется в этих распроклятых землях? — удивился давешний древний дедок — Далеко ли? И как прозывается?
— Далеко — кивнул священник — Но мы дойдем. Имя тому месту поселение Ван Исер.
Над место разыгравшейся скоротечной трагедии еще не рассеялись эманации поживившейся здесь смерти. Еще плавала в воздухе рассеянная жизненная энергия… и спрятанный глубоко в заплечном мешке священника, в наглухо закрытой шкатулке, запульсировал вставленный в рукоять сломанного кинжала драгоценный камень, сумевший дотянуться, сумевший впитать в себя частичку желанной силы, которой хватило для беззвучного зова…
Далеко-далеко от того места, за много лиг, погрузившийся в воспоминания о былом Тарис Некромант издал клекочущий вскрик, резко вскочил на ноги и не веря своим глазам, всмотрелся в ярко запылавший камень в навершии рукояти Старшего Близнеца.
— Он здесь… — прошептал Тарис — Здесь… младший зовет меня…
Крутнувшись на месте, принц бешено взревел, ненавидящим взглядом смотря на два мерно колышущихся мясных кома, чей рост еще не закончился. Оставить их сейчас, значит погубить… но зов младшего нельзя оставить без внимания…
И чертов Риз как назло слишком поспешно отправился выполнять его приказ…
— Шурды! Шурды! Шурды! — громкий крик пронесся над заснеженной пустошью и сердца темных гоблинов застучали в два раза чаще — Гирра! Ко мне!
Тарису не потребовалось повторять дважды. Старый и опытный шурдский походный вождь Гирра Короста уже был рядом и, покорно опустив изуродованную глубокими язвами голову, стоял на коленях перед своим ожившим божеством.