Забросив третью сумку в дорожный каретный сундук, я прикидывал, а влезут ли сюда все сумки. В этот момент меня окликнули.

— Като? Тебя просто запрягли за компанию, или ты едешь? — спросил Серж.

Я узнал его по голосу и, обернувшись, приветственно махнул рукой:

— Привет. Да, только вчера определили в участники столь знаменательного мероприятия. Сопровождаю сестру. А ты?

Не скажу, что мы с Сержем стали лучшими друзьями. Всё же он большую часть времени оставался засранцем. Но он был Минакуро, и на виду у других одарённых показывал ровные отношения. Серж и с Момо спокойно и ровно станет разговаривать, если рядом будут чужаки.

— А я член правящей семьи, — напомнил парень, сложив руки на груди. — О чём тебе не стоит забывать.

— Я и не забывал, — улыбаюсь. — Но ты всегда можешь дополнительно мне рассказать об этом. На тренировочной площадке.

И, пока Серж забавно играл бровями, пытаясь состроить угрожающее выражение, я пошёл за следующей сумкой. Когда вернулся, его уже не было, естественно.

Я успел сносить все вещи и даже немного заскучать, присматриваясь к окружающим. Несмотря на общие традиции и культуру, нередко отдельные рода выделялись необычной одеждой, как те же Грохиры. Например, дальше по колонне несколько карет принадлежали неизвестному мне роду, не самому большому, похоже. Их одежда состояла из кожаной куртки с кольчужной защитой без рукавов и свободных штанов, также местами укреплённых кольчугой. Причём такая одежда была и у мужчин, и у женщин. А вот кареты, как и лошади, любопытства у меня практически не вызвали. Вблизи лошадок я видел не особо часто, никакого особого трепета перед животными не испытывал. Видимо, адреналина и приключений в жизни хватало, чтобы не делать событие из встречи с очередным тигром, носорогом, бегемотом, и тому подобным. Вот на кучеров обратил внимание. Гербов они не носили, но имели строго одинаковую форму, и одинаковые эмблемы на плече.

— Эй! Ты что здесь делаешь! — раздался рядом со мной возмущённый смутно знакомый голос.

Обернувшись, я увидел девушку, опять же смутно знакомую, в сопровождении двух взрослых. А затем я увидел символ её рода: три цветка на фоне незамкнутого круга. Вспомнил! Как же, млять, тесен мир!

— Сира Бао, — я улыбнулся.

Но под этой улыбкой дрожала натянутая струна злости. С них всё началось. С порядков, установленных этой семьёй. Возможно, не купи они тогда тот заводик, всё бы изменилось. Возможно, Санни и Витор не погибли бы. Да, у нас всё равно был конфликт с Дэвидом и многое другое, но я не могу просто выбросить из головы тот факт, что началось всё с их рода.