Драндулет вековой давности, что Бина купила для замка по нашему великому настоянию, и что коптит, пердит, чихает, пугает всех вокруг всем своим существованием, но едет и срать хотел на любую магию и бездорожье. И… вот эта вот, представительская тачка, что нам «подарили».

К тому же, сама Бина, узнав куда мы собираемся, устроила такой кипишь, и такую бурную деятельность с красными глазами, ведь за миг до этого уже ели двигалась и готова была упасть от недосыпа, что мы не выдержали, сжалились, и угостили её парой таблеток снотворного, подсунутого с водой вместо кофе.

И она сейчас там, крепко спит, а значит организационные вопросы решать некому, и…

— Ох, хорошо поспала…

А, не, уже не спит. А значит сейчас начнется паника.

— Сколько, сколько времени⁈ Нет, я, наверное, сплю… не сплю! ААА! Где дети⁈ Где… аа…

— Началось… — проговорила сестренка, проведя пальчиком по лезвие, вновь высунувшегося из руки копья.

— Не мокни, иди в машине посиди. — говорю я ему, ведь прекратившийся буквально на полчасика дождик, вновь ливанул стеной, хоть это, наверное. И последний такой затяжной дождь в этом сезоне — сезон дождей, подходит к концу.

Но бедолага меня кажется как-то не так понял! И… продолжил стоять. А я не стал настаивать, и понимая, что мы тут еще на некоторое время задержимся, и видя, как мечется наша управляющая в замке, вставляя жгучих стручков всем, кому только может, чтобы все быстро и быстро, делали свою работу, решил, что нам пока не стоит там появляться.

Нам Бина не указ, но… она там вроде как ради нас старается! Наряды готовят, договаривается с сопровождением, и прочее, прочее, прочее, что нам. Так-то, особо то и ненужно, вот только ей в таком состоянии говорить что-либо бесполезно, и только запирать. Или, подождать, пока успокоится, и перестанет вставлять через слово, что мы, её наниматели, едут в префектуру на бал-церемонию вступления в ранг, и должны будем там сиять, словно бы это наш бал, в честь нашего вступления в пятерки, а не некой… фальшивки.

А пока мы ждем тут и кукуем, можно и прогуляться обратно до карьера. А в карьер можно будет и подраться! А подравшись, и превратив и без того потрепанное запустением место в поля боя, с кучей новых ям и ямок, и тоннами намолотого в щепу и смешанного с грязью деревьями, задумался — а почему ножками?

Зачем нам, бежать домой ногами? Или ждать какой-то там иной транспорт, что в принципе будет тут довольно скоро, ведь Бина уже сообразила, что мы «где-то потерялись» и начала «наводить справки», желая узнать, где именно мы были в последний раз, и в курсе ли мы, что нас на вокзале уже ждет наш персональный и уже укомплектованный поезд?