И ведь даже можно и крайнем методом не пользоваться и пространство не трогать! Тем более там, где мы столь славно подрались, отметелили друг дружку до синяков по телу, и сломанных ребер — в лицо договорённость была не бить! Им нам пред публикой еще светить! А вот телом. Можно и под одеждой скрыть! Так что… кажется. Сестрица оценила разницу меж материальным миром и тайником, и я был к этой оценке… несколько не готов, к её самодовольствию. Хоть и отбил ей ножки до хроматы, чему она… нисколько не расстроена.

Мы ведь можем полететь! У нас ведь есть крылья! Их даже создавать ненужно! Они уже готовы. Лежать в тайнике, забытыми, с того самого момента, как мы летали над волной твари, штурмующих город. И пусть, полеты как бы незаконны! И я только дня через два. Скормлю своим юристам полные собрания сочинения запретов, для поиска лазеек, но для нас — а кто что нам сделает то, а⁈

Можно кончено нас тупо сбить! Уничтожить крылья, что почти не защищены магией. Можно многое, но — в небе сейчас мы одни! Мы далеко от города! Мы… можем полететь! Как минимум — до замка! Или до района наших домов. Или до вокзала — вариативно, и без проблем.

— Сестра, как насчет того, чтобы полетать?

Сестренка не ответила, лишь скривила личико, и переступила с ноги на ногу, морщась от боли и неудобства излишни помятых конечностей, которые я славно отбил в контор атаке, пока сестрица пыталась безуспешно отлягать меня своими ножками. Задумалась о чем-то, как видно осмысляя мной сказанное, прислушалась к чему-то, щупая пространство вокруг нас, в пределах изуродованного боем карьера, скривилась еще сильнее.

— Пространство… не позволит!

— Да я не о том! Я о крыльях! Помнишь ведь!

— Ну… да? Постой! А разве с ними можно взять и взлететь с земли?

— Ну… да? — захлопал я глазами, и на миг, словно бы сам усомнился в этой возможности.

Проверил память — можно ведь! Можно! В чем проблема?

— Я почему-то думал, что только планировать, или летать, когда уже в небе.

— Ну, они конечно же длинные, и нормально ими махать стоя на земле тяжело, но… принципиальной проблемы нет! Просто… надо наловчится! В общем, — огляделся я по сторонам, поглядел на небо, где расходились тучи, и обнажались звезды, и шмыгнул за ближайшею рукотворную «дюну глин», которой от нашего боя как-то не жарко и не холодно, несмотря на наличие в ней сквозного тоннеля, прорубленного попытками сестрицы меня в этой глине утопить. — Смотри! — высунул из каждой кисти рук, по пластине двухметровой длины, растопырив ручки в стороны, заняв позицию, откуда нас точно не увидит никакой сторонний наблюдатель за карьером, пришедший сюда пешком от машины, посмотреть, что тут за шум.