— Почему⁈ — вякнула сестра.

— Так что мы бы были только за, если бы ключи раздали… скажем вы, а? Вам же не сложно, да?

Павел вздохнул и заговорил довольно тихим голосом.

— Сложно, нет… вопрос в ином — слишком много людей хотят видеть вас там, на сцене. Мне… меня очень настойчиво просили, все организовать, понимаете? И не так просто отказать этим всем… людям. Тем более сейчас, когда… все вроде как начало налаживаться.

— А что налаживаться? — полюбопытствовала сестренка.

— Все. — вздохнул он. — Вот вам, например, открыли ваш счет, сняли незаконные штрафы, заплатили какие-то деньги…. Разве не хорошо, а? — мы приглянулись и пожали плечами.

— Наверное. — сказала сестра.

— Больше не придётся у вас клянчить как нищенки, без финансовые. — улыбнулся я, глядя на собеседника снизу-вверх.

Сильно снизу-вверх! Насколько же он огромен! А мы…

Павел с улыбкой кивнул.

— Вот и зачем все вновь нагнетать, когда дело наконец-таки пошло в гору?

— Эх, вздохнул я.

— Ладно, мы пойдем…. По участвуем. — сказала сестренка, и направилась в сторону будущей сцены.

— Переоденьтесь. — ласково сказал он, и сестренка осмотрела себя со всех сторон.

Грязное, местами порванное розовое платье… следы машинного масла, земли, прочего! Прожжённые пятна от раскаленного стекла, дырочки в несомых приличных местах! Да маромойки с помойки выглядят лучше! И сестренка это осознала. И покраснела.

Мгновение, и платьице втягивается внутрь её тела. Плечи и грудная часть, в то, на чем одето, а юбка с поясом уходят в живот. Еще миг, и вместо грязного рванья, появляется вполне приличное голубое платьице. Только оно… короткое малость — его покупали ей на шестилетие!

— Эх… — вздохнул Павел, глядя на это.

С его ракурса невидно подробностей, слишком с высока он на нас смотрит! Но я могу с уверенностью сказать, что платье это, ничего не прикрывает. Оно и сшито то так, чтобы быть пышным, с юбкой в разные стороны, и носится на панталончики «для общих глаз», что словно шортики под юбочкой, и их там сейчас естественно нет, как и трусов вообще, сестра такое не носит, да и в запасов такого уже и нет. И размер у одежды сильно не тот, сестренка все же вымахала за прошедшее время не маленько так! В общем… порнография какая-то!

— Что? — не поняла сестра наших взглядов, а Павел перевел взгляд с неё, на меня.

— Есть что получше в её гардеробе?

Я помотал головой.

— Да что⁈

— Мало тебе это платье. Мало. — пояснил я, а сестрица вперила в меня свой взгляд.

— Растении его в тайнике, и надень вновь. — шепнул я ей голосом в тайнике.

— Точно! — сказала она в слух, и платье с неё исчезла, а она сама, стала смотреть в никуда, тужась что-то сделать, от напряжения высунув язычок. — Готово! — вскрик через миг, и Иф так и не понял, что это и к чему, а платье явилось вновь, стало длиннее раза в два, что болтается уже, а не сидит, зато юбка ниже колена, и вообще… по нормальнее выглядит, да! Но все равно… мешок какой-то.