— Как понимаю, вы мать этих двух чудесных детей? — задал Павел больше всего интересующий его вопрос, устав слушать это все «бывшее», и откровенно кривя душой о «чудесности» этих детей.

Хотя… как посмотреть! Как посмотреть! — подумал он, в душе ухмыляясь, размышляя на тему чудесатости, и чудачества.

— Да. — коротко ответила женщина, поджав губы.

Кажется, в их семье не все так гладко. — понял Павел, глядя на её вид, и отведенный взгляд. — Похоже… детки малость замордовали мамку. Голодом её держат? Ии… взаперти! — осенило его вдруг, — Они же…. Наверняка волнуются! И не выпускают эту обычные женщину из дому за порог! А еще… вид из окна! Оттуда почему-то видны здания на той стороне реки, а не кусты, и деревья, что положено видеть с высоты первого этажа замка.

Но видом разберусь позже! — решил председатель, отведя взгляд от окна в конце коридора, начав улыбаться для женщины, нахваливая её чудесность, родившею таких чудесных деток, что уже не один раз спасли город от бедствий, и вообще — супер! Супер! Самые самые лучшие!

Вот только реакция на все это, была скорее обратной ожидаемой! Вместо того, чтобы раскраснеться от похвалы, и загордится за детей, что столь много всего сделали и такие хорошие, женщина… впала в уныние!

— А я всего этого не знаю, — сказал она тихим голосом, опуская глаза, — и сижу тут, — стрельнула она глазками в сторону детей, что поспешили разбежаться в разные сторону, — взаперти.

Точно золотая клетка! — понял Павел, — И птичка в ней… от которой зависит много жизней! Придется еще и эту проблему на себя взвалить, раз дети только и могут, что мордовать мамку, запирая в замке! Хотя… а где она сидела, ДО, того как этот замок оказался тут?

— Может покажите жилье? Чаем там напоете, — намекнул мужчина на гостеприимство, чтобы сменить тему, и наконец присесть.

Ведь нога… все так же болит!

— Ах, да, конечно… чаю… можно! — спохватилась женщина, и пошла к двери рядом с дверью, через который Павел сюда попал, к дверки, над которой была лаконичная надпись «квартира».

И он хотел было шагнуть следом, пройти в след за женщиной, чтобы посмотреть, и если надо — помочь! Но выскочившие из неоткуда дети, преградили ему путь, встав, растопырив руки в стороны.

— Вам туда нельзя. — сказали они тихим шёпотом, и Павел озадаченно посмотрел в след ушедшей Маргарет Симл, видя стену обычного коридора, вполне обычной квартиры.

Ну нельзя так нельзя… — подумал мужчина-охотник, — А почему? — озадачился, но естественно напирать или перешагивать через детей не стал, хотя его рост позволял это сделать, позволял ему, просто перешагнуть через этих малявок, и проблемная нога ему бы не помешала это совершить.