на «Вилку». Но и удержаться было нельзя. – Больно? – спросила Азора, кажется, в сотый раз, и на душе у меня потеплело. Мы неторопливо шли к дому, в окне комнаты Глории горел свет, и я представил, как она играет или занимается по книгам. Скоро здесь будет уже двое детей, а там и третий подоспеет, и ни одна гадина никогда не скажет с мерзкой снисходительностью их матери и старшей сестре, что они выглядят как-то не так. – Уже нет, – ответил я. – Видела бы ты, как я дрался в юности! Азора рассмеялась. – Не сомневаюсь, что ты был героем, – сказала она. Мы вошли в дом, и я увидел, что у нас гости. Эльфов было двое. По их лицам возраст не угадывался, но было видно, что их юность уже позади. В золотых волосах мужчины появились серебряные нити, женщина увила прическу жемчугом, как и полагается эльфийской замужней даме, матери семейства. Одежда, богатая и пышная, кажется, знавала лучшие времена – очень уж была запылена. Эльфы сидели на диване в гостиной, прадед расположился в кресле, покуривая трубку, и, увидев нас, произнес: – Правнуки, добрый вечер! Тут к вам гости приехали. Я не стал гнать, все же гости. Но и угощать тоже не стал: незваные ведь. Тонкие губы эльфа скривились в брезгливой гримасе. Ну конечно, ни один гном не смеет так говорить с князем Благословенного края, а я не сомневался, что прадед успел сказать гостям пару умных слов. Азора шагнула вперед, прямая и холодная, как изваяние, и голос у нее тоже был ледяным. – Мама? Отец? Не ожидала вас здесь увидеть. – Мы покинули Благословенный край, чтобы призвать тебя к благоразумию, Азора. В голосе эльфа звучали морозные колокольчики, и я почувствовал, как у меня шевельнулись волосы на голове. Как-то сразу все стало ясно: они хотят, чтобы Азора отозвала свои обвинения против Эленвера. Принц – он и в изгнании принц, а что хотел убить жену и дочь, так это пустяки и дело семейное. Понять, простить, начать все заново. Я сжал и разжал кулаки, повторяя про себя, что обязан сдержаться. Я не должен снова бросаться в драку и показывать господам Палевеллин их место. – Вот как? – Азора улыбнулась так, как могла бы улыбаться Зимняя дева перед тем, как сожрать заблудившихся путников. – И как именно вы собрались это делать? Ее мать дотронулась до уголка глаза сложенным носовым платком и негромко вздохнула. – Видишь, Ваэль? Она снова начинает… О боги… – Мы хотим, дочка, чтобы ты была счастлива, – произнес Ваэль. – И ты должна понимать, что счастье женщины рядом с ее законным мужем. Порядочная жена, достойная жена должна уметь