критиковать, но и готовить на высшем уровне. Да, пирог получился замечательный, но и только. В нем не было ничего общего с тем кулинарным экстазом, который Глория подавала в «Трех кошках». В нем не было того ингредиента, который я тогда не смог вычленить. Я съел еще. Доел пирог, чувствуя, как во мне нарастает обида и пульсирует гнев, и запустил тарелку в стену. Мне хотелось разрыдаться в голос, как обиженной барышне. Мне хотелось бить кулаком по столу. Это был не тот пирог! Не тот! В груди вдруг толкнулась боль и начало печь. Всемогущие боги, да меня сейчас удар хватит из-за этого проклятого пирога! Хитрая дрянь не показала мне всего, хотя показывала, я видел каждое ее движение. Да, Глория Фьярвисдоттир не так проста и не раскрывает своих тайн даже тем, кому улыбается, кого считает другом. Мне хотелось выть от бессилия. Через полчаса я все-таки пришел в себя. Убрал остатки пирога в холодильный шкаф, вымыл посуду и плиту – простые привычные действия помогали мне успокоиться. Могла ли Глория заподозрить, что я не тот, кем прикидываюсь? Нет. Виктор – самое распространенное имя в этой части страны, Виктор Шмидт – спортивный журналист, который действительно публикуется в «Ежедневном зеркале» и в «Столичном вестнике»: надо же мне иметь прикрытие, вот и оно. Глория просто подозрительна, она всем улыбается и во всех видит врагов, даже в тех, кто закрывает ее от нападающих. В каком-то смысле это правильно. Добрячки и простачки не выживут в мире акул. Пирог получился хорошим, все-таки я был отличным поваром. Но мне нужен был идеал. Значит, завтра я вернусь в «Кошек» и получу свой рецепт. * * * Глория – Миледи, я в восхищении. – Мужчина с зализанными темными волосами, невероятно жирный, одетый так, как одеваются господа из министерств, протянул мне букет нарциссов, и «Кошек» сразу же заполнил тонкий аромат. – Вы просто мастер в приготовлении мяса. Мой личный повар прошел обучение у профессионалов Благословенного края, но ему далеко до ваших умений и талантов. Значит, личный повар. Вот сколько шума наделала статья Виктора Фаренти. Теперь ко мне заходят те, кто может себе позволить собственную кухню. Я читала о таком: повара изобретают особые рецепты для состоятельных господ, а потом патентуют их под хозяйским именем. Соус Бержерак, например: горчица, лимонный сок, оливковое масло, соленые анчоусы и куриное яйцо. Говорят, старый промышленник Бертран Бержерак был редкостной сволочью, и соус его имени – единственно хорошее, что от него осталось. – Благодарю вас, – ответила