лосося в сливочном соусе и салат из морепродуктов. – Да смотрите, чтобы не пригорело, как в прошлый раз! – распорядилась она. Я улыбнулась, кивнула и двинулась было в сторону дверей, как вдруг Саброра придержал меня за руку. Прикосновение к запястью опалило, заставило качнуться не от боли – от ее предчувствия. Я была уверена: опущу глаза – и увижу, как сквозь почерневшую кожу выглядывает кость. Бургомистр смотрел с искренним сочувствием. – Принесите кофе, – сказал Саброра и посмотрел мне в лицо с прежней брезгливой усталостью. Господни чудеса продолжались – я выдержала его взгляд, кивнула и ответила: – Да, конечно. Что-то еще? – Там остался муссовый торт или я опять опоздал? – спросил бургомистр. – Остался, – ответила я. Саброра по-прежнему держал меня за руку: ему нравилось пугать, нравилось, что его прикосновение вгоняло несчастную, ни в чем не виноватую ведьму то в жар, то в холод. И ведь рукой не дернешь! – Тогда несите все! – с улыбкой распорядился бургомистр, и инквизитор наконец-то соизволил выпустить мое запястье. Я влетела в ресторанчик, не чувствуя пол под ногами, отдала на кухню листок с заказом и, пройдя к витрине, прошипела: – Сраный ты извращенец! – Что такое, Эрна? – спросила Марлен, пересчитывая чеки. Касса перед ней красовалась раскрытой пастью, полной разноцветных купюр: день выдался удачный, гостей было много. – Ему нравится меня пугать, – выдохнула я. От муссового торта осталось три куска и, переставляя блюдца на поднос, я не сомневалась: бургомистр съест все, и у него не склеится. Марлен вздохнула. – Терпи, милая, что еще я тебе могу сказать. Он уедет, и все снова будет хорошо. Я с благодарностью посмотрела на хозяйку ресторанчика. У Марлен были свои недостатки, но в общем и целом работать с ней было здорово. Я отнесла торт бургомистру, поставила перед Сабророй крошечную чашку кофе, черного, как его душа, и на этот раз он обошелся без прикосновений. Полчаса прошли в беготне между столиками. Компания студентов, которые приехали на озеро порыбачить, заказала порцию вареников с сыром и шпинатом и пятнадцать больших стаканов местного бодрящего коктейля на травах – все правильно, молодые крепкие парни, смуглые и улыбчивые, в белых рубашках с короткими рукавами и клетчатых штанах, никогда не превращали закуску в еду. Я принесла вырезку и стейк из лосося туристу и его спутнице, взяла опустевшие тарелки с соседнего столика и, заглянув в книжку с чеком, увидела купюры и монеты точно по счету – семья с двумя детьми ушла, не оставив чаевых. И вдруг