Наги ползли сквозь ядовитый туман, будто того и не было вовсе. Впрочем, змеи к собственному яду совершенно невосприимчивы. И на узких улочках, оставленных свободными от многочисленных ловушек, пользовались этим.

За эту ночь уже третий приступ окончился ничем. Нагов было гораздо больше, чем казалось с самого начала, и те несколько сотен, кого дьяволы сумели-таки достать, не имели значения.

Авдон нахмурился, заметив в центре города новые огни. Очередной залп ядовитых капель готовился вот-вот обрушиться на головы бегущим из родного города дьяволам. Оглянувшись на отступающих, Авдон понял, что те не успеют ничего сделать — ливень накроет раньше.

Сложив пальцы левой руки в сигил, он приготовился окружить себя пламенем, чтобы выжечь отраву, и броситься вперед. Останавливаться внутри тумана нельзя, а потому потребуется сохранять концентрацию и увернуться от каждого из многоруких мечников, ползущих вперемешку с лучниками.

Целиться нагам сейчас было не нужно, а потому каждый мог пускать три стрелы одновременно. Учитывая массу снарядов, явно заготовленных за теплое время, нельзя всерьез рассчитывать, будто стрел не хватит.

Капли взлетели, поднимаясь в небо по крутой дуге. До их падения осталась секунда. Авдон использовал сигил, и пламя окружило его фигуру, укрывая от действия яда. Наги все равно заметят его, они чувствуют тепло чужих тел, им даже смотреть не нужно. Однако если спрыгнуть в яму, не задев копья…

Но внезапно небо будто взорвалось ярким пламенем, и Авдону показалось, весь мир застыл в ужасе от случившегося. Оглушительный грохот разорвал ночную тьму, в мгновение ока стало светлее, чем днем.

— Дей! Для тебя!

Этот крик разнесся над городом, и замерший Авдон почувствовал, будто сама земля Катмадана задрожала, отвечая на этот мощный зов. Снег вскипел, обращаясь в пар, вспучиваясь, лопались древние плиты. Их швыряло в стороны, а вверх вздымалось яркое пламя.

Туман нагов моментально оказался уничтожен, а сами змеи не успели толком зашипеть от испуга — большую часть контратакующих просто разорвало выбитыми плитами мостовой. Тех, кто уцелел, поглотило жаркое пламя, будто специально настигая своих жертв.

Авдон, застывший на месте, опустил взгляд на собственные ноги. Ничтожный щит, по меркам имперской Гильдии Магов, достойный пятого круга, лопнул как мыльный пузырь, не выдержав подземного жара. Однако яростный огонь, мгновенно испаривший нагов, не тронул дьявола.

Внезапно ощутив себя ничтожным по сравнению с обладателем подобной мощи, Авдон задрал голову к небу, будто почувствовав чужой взгляд.