— Есть, Ваше Благородие! — дежурный одарил штабс-капитана презрительным взглядом и, демонстративно чеканя шаг, вышел из помещения.

Штабс-капитан же, подмигнув мне на прощание, вышел следом и захлопнул дверь с другой стороны.

— Поздравляю, Макс! — Виш расплылся в довольной улыбке. — Сейчас Серков будет тебя бить! А благородный Авдеев, который, конечно же, несправедливо обвинен, будет тебя спасать. Давай им подыграем? Ну пожалуйста!

«Я бы и рад, — отозвался я, делая вид, что не замечаю приближающегося ко мне бугая, — но заявляться на бал с фингалом будет не комильфо».

— Ну Макс…

Не знаю, на что рассчитывал Виш, но я не собирался давать себя бить.

Серкову оставалось сделать ещё два шага, когда я, повернувшись, шагнул ему навстречу.

Я сомневался, что смогу вырубить этого кабана с первого удара, поэтому поступил несколько неспортивно.

Замахнулся рукой, а ударил ногой. В пах.

Наверное, Серков планировал красочное избиение с элементами унижения, но… ничего такого не случилось.

Вместо этого он оказался на полу в позе эмбриона, а я, подойдя к решетке, прислонился к ней плечом.

Если Виш прав, и Авдеев должен был меня спасти, то своим превентивным ударом я заруинил его план. Интересно, у него есть план Б?

Авдеев, поймав мой взгляд, смутился, и сделал вид, что ничего особенного не произошло.

— Все-таки растерялся, — вздохнул Виш. — Обмельчал СИБ, обмельчал! Где же легендарная адаптивности и смекалка? Где гибкость ума и решительность? Эх, вот что значит сытая, безопасная жизнь и десятилетия мира!

Я с Вишем на этот счет был не согласен — на мой взгляд армеец банально растерялся — но спорить не стал.

Вместо этого подошел к отдышавшемуся Серкову, который предпринимал вялые попытки подняться, и с силой пробил ему в грудь. Целился в солнечное сплетение, но, кажется, попал в живот.

Впрочем, ему хватило и этого.

— Сколько раз мне нужно будет тебя ударить, — протянул я, — чтобы до тебя дошло, что лежать на полу безопасней?

— Пошёл ты, — просипел здоровяк, но попытки подняться на ноги бросил.

По крайней мере, на время.

— А ты хорош, — заявил Авдеев. — Надеюсь, меня бить не будешь?

— Я в курсе, — поморщился я. — Мне это говорят настолько часто, что, того и гляди, я скоро сам в это поверю. Но не припомню, чтобы нас представляли друг другу…

— Барон Авдеев, — правильно истолковал мою заминку армеец. — Гвардии поручик.

На самом деле, можно было повыпендриваться и немного промариновать Авдеева насчет иерархии чинопочитания, но решил не злобствовать.

— Граф Огнев-Пылаев, — кивнул я. — Надеюсь, барон, этот здоровяк не затаит на Вас обиду и не попытается реабилитироваться.