И словно в ответ на его слова, в дверь небрежно постучали, и, не дожидаясь ответа, в кабинет по-хозяйски зашел широкоплечий дворянин, чье лицо смутно напоминало Уварова.
Видимо это и был тот самый кузен, Валерий Михайлович. Лендлер тринадцатого ранга.
А вместе с ним в кабинет зашла… Ангелина Уварова.
— Виктор, ты меня звал? — в голосе одарённого не было ни грамма почтения или хотя бы уважения к главе рода.
— Валерий, — князь поприветствовал кузена еда заметным кивком. — Твоя внучка отходит в дар роду Пылаевых.
От сказанных слов, поплохело, кажется, лишь мне и Ангелине. Все остальные остались бесстрастны, а Виш многозначительно хмыкнул.
— Вот ему, — князь указал на Дмитрия. — Барону Камневу-Пылаеву. Привратнику двенадцатого ранга. И это не обсуждается.
— Не обсуждается, говоришь, — на лице Валерия Уварова не дрогнул ни один мускул. — В таком случае, Виктор, ты не оставляешь мне выбора. Я доделаю то, на что не хватило духу у тебя.
— А он хорош, — шепнул Виш, демонстративно аплодируя князю Уварову.
— Дуэль! — Валерий Уваров швырнул в Камнева неизвестно откуда появившуюся перчатку. — До смерти. Здесь и сейчас.
Глава 4
— Дуэль — да, до смерти — да, здесь и сейчас — очень вряд ли, — я с трудом поднялся с нереально мягкого дивана и посмотрел на Валерия. — Завтра.
— А тебе, — глаза Валерия опасно сузились, — я отрублю ту руку, которой ты коснулся моей внучки.
— А я думал, вы скажете спасибо, — улыбнулся я. — Ведь после того, как ваша внучка объявила войну моему роду, я всего лишь сломал ей нос. А ведь мог и убить, разом решив все проблемы.
— Ты ходячий труп, — процедил Валерий Уваров.
— Как скажете, — не стал спорить я. — Завтра в семь вечера. О месте вас известят.
— Трус, — презрительно скривил губы Валерий. — Боишься принять вызов здесь и сейчас.
— Теперь ясно в кого Ангелина такая тупая. Драться на ваших условиях? Трижды ха-ха. Готовьтесь к поединку, князь…
— Граф, — поправил меня Виктор Николаевич.
— Даже так? — удивился я. — Теперь много стало ясным.
— Что тебе стало ясным, щенок? — если раньше Валерий Уваров демонстративно выпячивал эмоции, то сейчас мои слова действительно его задели.
— Что вы проиграете, — как можно более высокомерно усмехнулся я. — А ваша внучка будет мыть полы в моем поместье.
— Тебе не жить, — во взгляде Валерия ясно читался смертельный приговор.
— Да уж, князь, — я, демонстративно не обратив внимания на слова Валерия, посмотрел на главу рода. — С такими родственниками и врагов не надо. Честь имею.
— Прощайте, граф, — кивнул Виктор Николаевич Уваров. — Барон.
Камнев коротко кивнул, и мы в звенящей тишине направились к выходу из кабинета.