Во-первых, я так и так планировал этим заняться, а во-вторых, эти ребята имели неплохую структуру и могли, воспользовавшись волнениями, подмять часть Западной Польши под себя.

Меня же это категорически не устраивало.

Вот и мёрли вороватые чиновники, покрывающие местные преступные организации, словно мухи.

В общем, проблем с золотом у меня не было.

Была лишь проблема с моральной стороной вопроса. Как сжигать город, зная, что там находятся мирные горожане?

И хоть наших противников этот вопрос не волновал от слова совсем, мне было не по себе.

С другой стороны — готов ли я менять жизни своих солдат на жизни подданных французского короля?

Увы, но как бы я ни пытался решить для себя эту моральную дилемму, у меня пока что не получалось.

Одно дело закрывать глаза на творящееся в Польше братоубийство — ведь местные осознанно шли на все те подлости, о которых доносила разведка. Другое — заявиться в условно мирный город.

— Четвёртый резервный кавалерийский корпус к убытию готов!

Короткий доклад Миллера вывел меня из задумчивости, и я коротко кивнул.

— Выдвигаемся!

Шагнув к портальной арке — спасибо Жаркову, он сумел растянуть её на тридцать метров в ширину! — я щедро плеснул золота в обелиск и мысленно выбрал единственную незаблокированную точку — Париж.

— Понеслась… — прошептал я, шагая в портал.

— Помогу, — успел шепнуть Виш, прежде чем мы исчезли в тусклом мареве телепорта.

Я хотел было ещё спросить, чем именно мне поможет дракончик, но, стоило мне появиться на площади Согласия, как тут же стало не до разговоров.

К тому же, судя по накатившему на меня холоду, Виш использовал свой любимый приём, приглушив мои эмоции.

Вжух!

Огненная волна смела караул, портальных дел мастера и группу молодых Воинов в парадных мундирах.

Вжух!

Огненный вал прокатился по площади, испепеляя всё на своём пути.

Вжух!

Огненный торнадо неспешно двинулся в сторону Елисейских полей.

За моей спиной распахнулисьОгненные крылья , и я взлетел на ближайшее здание.

И хоть я не испытывал никаких эмоций, где-то глубоко внутри я считал, сколько человек превратились в пепел.

— Макс! К Тюильри!

Появившийся на площади Миллер, не мешкая, поскакал в противоположном от Елисейских полей направлении.

Это выглядело бы смешно — старик скачет на гнедой лошадке и воинственно размахивает шпагой — если бы не следующая за ним сотня высокоранговых кавалеристов.

— О, там Арина! — хмыкнул Виш. — Вот неугомонная!

Упоминание про Арину не вызвало у меня в душе никаких эмоций — я лишь подумал, что ей влетит от Камнева — и, распахнув шОгненные крылья, направился к дворцу.