— Приехали, — сказал я. — У нас бензин украли.

— Вот ироды, — хлопнул себя по костлявым ляжкам дед Семен, который все это, конечно, наблюдал, — ничего святого! Среди бела дня милицию ограбили. Как умудрились-то?

— Сам не пойму, — я недоуменно морщил лоб. — Ведь в баке сеточка должна иметься, чтобы шланг нельзя просунуть было. Как смогли?

— Может, не во всех «Волгах» она есть, — предположила Света, — или проковыряли ее. А где здесь можно бензин купить теперь?

— Известно где, в Новоульяновске, — ответил Семен. — Чай, бензоколонки на огороде не растут.

— А у соседей если попросить? — предложил я. — Наверняка у кого-то есть машины.

— Те, кто на машинах приезжают — на выходных только будут. А у пенсионеров с машинами не густо. Да и ставить тут их особо негде. Стараются на автобусе на дачу добираться.

— Хреново… Придется и нам на автобусе… И телефона тоже нет в поселке.

— Завтра только пойдет «ЛиАЗ», на сегодняшний уже опоздали вы.

— Вот блин… Найти вора надо и бензин забрать. Кто это мог сделать?

— Так это Егорка Сидоров, наверное, слил, — вмешалась Ильинишна. — Он пакостник тот еще. Всей округе житья не дает. То колеса снимет, то бензин сольет, то огород чужой обчистит. Мы урожай свой собрали, у нас нечего воровать. Единственное, что кабачков нынче уродилась тьма. Кому предлагали, никто не берет, дескать, своих полно. Тогда Семен пустил слух по околотку, что, мол, кабачки в городе принимают в заготконторе по рупь за штуку. На следующий день проснулись, а кабачков нет. Сняли все. Говорят, видели, как Егорка полный прицеп кабачков в город вез, видать, по соседям тоже пошукал. Куда он там их потом девал все — никто не знает, никто же ни в какой конторе его не ждал. Только приехал из города пустой и злой.

— А как мне его найти этого Егорку?

— Пойдем провожу, — охотно вызвался Семен. — Пора давно с этим прохвостом разобраться.

— Ты-то, старый, куда лезешь? — замахала руками бабуля. — Дорогу покажи, а сам не лезь. Пришибет тебя потом Егорка. Это тебе не просто школьный хулиган.

— Да я таких, как он, на фронте, — Семен воинственно затряс морщинистым кулаком. — Одной левой…

— Старый ты уже для фронта, — ворчала Ильинишна, — не лезь поперек милиции в пекло.

— Молчи, женщина, мужик — он не стареет, пока биться может.

— Бить мы никого не собираемся, — поспешил я успокоить Ильинишну. — А вот бензин вернуть и Егорку проучить надо. Не волнуйтесь, я присмотрю за вашим супругом. На фронт его точно не пущу.

Мы с дедком побрели к участку местного воришки. По дороге он мне рассказывал, как самолично под Курском в рукопашную одолел троих фашистов. Из оружия у него лишь саперная лопатка была, а у тех СС-овские кинжалы. В красках так рассказывал. По ролям, с жестами и мимикой, я будто моноспектакль посмотрел.