— Тварь! Я тебя в тюрьме сгною! Ты такой же, как Дубов! И закончишь так же!
— Отличная запись! — потирал руки Горохов. — И где ты, Андрей Григорьевич, такой магнитофон хороший раздобыл. Заграничный.
— Секрет фирмы, — улыбнулся я, умолчав о помощи Медведева.
У шубника в загашнике много было импортных и нужных вещей, что в свое время он надергал у номенклатуры. И разве не удивительно, что сейчас одна из них сработала на систему? Против одного человека в мундире — но на очищение системы от такого «оборотня».
Я повернулся к Горохову:
— Спасибо Никита Егорович. Славно вы меня задержали. Как в кино. Все поверили, что у меня реальные проблемы, — я покосился на Сафонова, тот опустил глаза.
— Да мне-то за что спасибо? — всплеснул руками Горохов. — Этот целиком твой план был…
Глава 26
— Андрей Григорьевич! — Горохов радостно подскочил со стула, когда я вошел в ставший уже родным восьмой кабинет. — Проходи, дорогой, что-то ты рано на работу вышел. Отлежаться тебе еще надо после таких передряг.
— Устал лежать, — отмахнулся я. — Два дня из общаги не выходил.
— Уверен, что ты не слишком скучал, — следователь хитро прищурился, намекая на Соню.
Эти два дня мы действительно провели время с Соней. Окончательно выпутавшись из переплёта, я все ей рассказал. Без зловещих подробностей, конечно. Так… В общих чертах. Иначе бы она меня прибила за такой риск.
— А где все? — спросил я, оглядывая кабинет.
— Отгул я им дал. Сам вот бумаги подбиваю. Преступление благодаря тебе раскрыто. Уже точно теперь. Не как тогда, с Гошей. Эпизоды с убийством Печенкина и судмедэксперта я присоединил к делу Дубова. Федорова под протокол полный расклад дала.
Я кивнул:
— Она все-таки процессуалист бывалый, понимает, что отпираться смысла нет.
— Да, активно сотрудничает со следствием, чтобы не попасть под расстрельную санкцию статьи. Я обвинительное заключение готовлю. Так что ты мне пока тоже не нужен. Можешь возвращаться к невесте. И родителей навести. Не забудь. Я им звонил, конечно, по твоей просьбе, предупреждал, что, мол, в розыск тебя как преступника объявили специально — так и так, часть оперативной разработки. Но они все равно переживали. Названивали мне.
— К родителям сегодня обязательно заскочу… Но мне с вами поговорить нужно. Об одном важном деле, пока никого рядом нет.
— Эх, Андрей Григорьевич. Когда ты говоришь такими словами, почему-то мне кажется, что нас ждет очередная авантюра. Я с тобой раньше времени поседею.
— Вы и так уже на висках в серебре, — улыбнулся я. — Одним волоском больше, одним меньше.
Горохов только рукой махнул — мол, не поймешь, кого винить, преступников или вас, неугомонных.