— Кто говорит? Мы только одного маньяка изловили. Зинченко-младшего.

— На криминалистике нам рассказывали, — улыбнулся я. — В школе милиции.

— Так ты там не был уже сколько месяцев?

— Давно рассказывали, а в голове отложилось. А у Федоровой что интересного нашли? — поспешил я вернуть тему в прошлое русло.

— Валюту. У Горина, оказывается, родственники в Израиле проживают. Похоже, сладкая парочка и правда собиралась покинуть страну.

В этом можно было не сомневаться, уж больно восторженно Галина говорила про свободы там, на Западе.

— Еще один вопрос мне не дает покоя… — выдал я. — Поначалу меня сбило с толку, что Дубов убит неумелыми ударами ножа. Ведь мы же даже ту девчонку подозревали, его любовницу — Лиду из химчистки. Множество ранений на теле имелось. А Печенкин одним ударом на тот свет отправлен. Точным и сильным.

— Я задавал этот вопрос Федоровой. Она сказала, что Горин незадолго до этого руку правую повредил и колол Геба Львовича левой. Несподручно ему было. Я проверил, и действительно. В этот день Горин даже находился на больничном и накануне был на перевязке у хирурга.

— Тогда все сходится… Алиби превращается в доказательство, — хмыкнул я. Но на душе было смутно: — А с Сафоновым что? Прижмем гада?

— За что? Он никого не убивал. Только Гошу пытался пристрелить, якобы за нападение на сотрудника, то бишь, на тебя.

— Как — за что? За крышевание фарцы. Я же вам рассказывал. И племянник его из ОБХСС в этом замешан.

— Сам понимаешь, Андрей. Фарца для нас — слишком мелко. Не наш профиль, так сказать. Мы межведомственная спецгруппа, созданная для раскрытия громких и особо тяжких преступлений.

— А разве коррупция со стороны начальника милиции — это не громкое преступление?

Горохов нахмурился и посмотрел на меня, будто на школьника.

— Громким оно станет, когда нам Москва «фас» скажет. Мы по темным делам работаем. А тут, похоже, ещё и местная верхушка завязана. Я понимаю, что Сафонов твой личный недруг, да и тип неприятный. Но если мы его возьмем — дело к производству не дадут принять. Его местные расследовать будут. И перспективы судебной никакой. На корзину сработаем.

Прав был мой начальник — дело просто замнут, и никакого толку не будет. Может, даже наглее после этого будет проворачивать дела Сафонов.

— Ничего, — кивнул я. — Придумаю, как ему хвост прищемить. Земля круглая, еще скатится вниз.

* * *

Зал ресторана «Октябрь» переливался отблесками незатейливой цветомузыки, плафонами которой был утыкан периметр под белым потолком.

Ого… Что-то новенькое. Раньше просто приглушенное освещение от винтажных светильников создавало антураж, а теперь помещение отдаленно напоминает диско-клуб. Вот что значит — Гоша выздоровел. Сразу взялся за модернизацию заведения. Молодец.