— Надо выяснить, кто там!

В это время дверь подвала ощутимо тряхнуло, а из щелей повалил дым. Я почесал подбородок и произнёс максимально нейтрально:

— Мне кажется, друг мой, совсем скоро мы это узнаем и без твоих потуг.

Дверь вновь содрогнулась, и Баблер перекинул из-за спины щит, прикрываясь им. В левой руке сверкнул его легендарный меч кошкодёр, и мой приятель ударил клинком по щиту. Раз. Другой. Третий. Я знал, что так Баблер вызывает в себе ярость и боевой пыл. И если в обычной обстановке Баблер являлся лучшим бойцом из всех, кого я знал, то в состоянии боевого транса Лингу и вовсе не оказывалось равных. Я на всякий случай отошёл в сторонку, так как стоял как раз между дверью и Баблером, так как в такой ситуации оказаться между Лингом и целью — то же самое, что застрять между цунами и штормом. Я быстренько перекинул щит из-за спины и покрепче сжал свой Каладболг. К сожалению, наручи мои ещё не полностью набрались силой, и потому у меня был максимум один удар. А я рассчитывал этот удар нанести уже по дворце халифа, а не в подвале его мага.

Дверь тряхнуло в третий раз, и она, наконец, рухнула с петель, закувыркавшись через сваленный мной шкаф. Впрочем, удар изнутри оказался такой силы, что и шкаф от проёма протащило шагов на пять, а в сам проём выскочили сразу три ифрита. Они все кинулись на Баблера, и я сбоку спокойно зарубил крайнего ко мне, а хюльдры кинулись ещё на одного. Сам же Баблер, ускорившись так, что превратился в размытое существо, за мгновения разделался со своим противником и, бешено крича, кинулся по ступеням вниз. Я подкатил на мгновение глаза и кинулся следом, не глядя даже, справляются ли хюльдры со своим противником.

Линг сбежал вниз по ступеням, укрылся щитом, приняв на него огненный шар, и кинулся вперёд. Я бежал следом, гадая, что за тварь скрывается в подвале Али Странда. И когда Баблер кинулся в ту самую дверь, заскочил следом, на мгновение остановившись от удивления. За дверью оказался настоящий зал — огромный, каменный, с восемью могучими колоннами из белого мрамора. А посреди зала возвышался разумный, потому как человеком он явно не являлся. Баблер тоже притормозил, рассматривая существо, торчащее посреди зала. Существо это было в полтора раза выше меня и Баблера. Голова приплюснутая, треугольная, с огромными ветвистыми рогами. Мощные руки, толщиной в ногу обычного человека, сжимали два кривых меча, размером в хорошие двуручники. Кривые, короткие ноги, обутые в красные сапоги, упирались в пол, а сзади по этому полу метался огромный хвост, будто у ящера. Баблер почесал краем щита лоб и проговорил: