— Пойду дальше мага допрашивать!

Однако, далеко уйти он не успел, потому как в зале нас дожидались хюльдры — разгорячённые, вспотевшие и очень злые.

— Вы! — с ненавистью произнесла Ирис, — Бросили нас одних наедине с демоном!

— Он был всего лишь один, а вас двое, — беспечно пожал плечами Баблер, — Вы, девочки, слишком много значения придаёте какому-то ифриту…

— Какому-то? — зло прошипела хюльдра, — Он нас чуть не убил!

Девушка кивнула на Хризу, и я увидел, что та зажимает левой рукой свой бок. Баблер вновь пожал беспечно плечами и, не считая нужным что-то комментировать, направился к лестнице на второй этаж. Ирис окуталась аурой, и Линг остановился, превратившись в глупо улыбающегося идиота. Я в этот раз даже в полной мере не ощутил силу хюльдры, отметив, что приобрёл к ней полный иммунитет. Но, чтобы не показывать это нашим союзницам, сделал по примеру Баблера идиотское лицо и замер.

— Ирис, не надо, — прошептала Хриза, — Мать сказала, что они могут нам пригодиться!

— Я сильно в этом сомневаюсь, сестра, — Ирис потащила из ножен свой меч.

— Это Иные, Ирис, — голос Хризы стал твёрже, — Они всегда возвращаются! А если они надумают мстить?

— Эти идиоты даже не вспомнят, как умерли, — зло ощерилась светловолосая, шагнув ко мне, — А надумают мстить… Что же, пусть вначале найдут дороги в Безумные Топи!

— Сестра, я умоляю тебя! Они же защищают от Пряди!

Ирис остановилась и повернулась к Хризе:

— Я лучше буду иметь дело с Прядью, чем с этими самоуверенными вонючими мужланами! Я содрогаюсь каждый раз от омерзения, когда даже случайно прикасаюсь к… этим! Такие же скоты, как и все! И я старшая, не забывай!

Она вновь повернулась ко мне, шагнула, поднимая меч, и я решил закончить спектакль. Когда Ирис ударила меня мечом, я резко перехватил её руку в запястье и вывернул до хруста. Лишь только хюльдра заорала от боли, Баблер очнулся и начал оглядываться, бессмысленно хлопая глазами. Увидев, что Ирис стоит на коленях со сломанной рукой возле меня, спросил непонимающе:

— Что происходит, Ино?

Я ударил воющую хюльдру в челюсть, и та потеряла сознание, отчего вой её, наконец, прекратился.

— Союзнички оказались не совсем союзничками, старина Линг, — я достал из кармана платок и вытер ссаженную костяшку, посмотрев пристально на Хризу. Та всё так же держалась за бок, в ужасе глядя на меня. А я спокойно пошёл к раненой, обращаясь теперь к ней: — И что прикажешь теперь с вами делать, хюльдра из Безумных Топей?

Хриза всхлипнула и опустилась на колени. То ли от раны, то ли от ужаса. Впрочем, мне было всё равно. Я подошёл к ней и достал из ножен Каладболг: