Нансен оглядел наши груженные провиантом нарты, упитанных и сильных собак, наше снаряжение и нас самих. На фоне норвежцев мы смотрелись как регулярная армия с автоматами, против полуголых туземцев с копьями. Я молча стоял и ждал, пока норвежец продолжит.

— Одни нарты и часть припасов пришлось оставить возле ледника, чтобы облегчить груз и идти быстрее, — Наконец снова заговорил Нансен — Мы сократили рационы и себе, и псам, керосина у нас всего на десять дней, и у Адамса ситуация не лучше. Не знаю, что теперь делать… Мы держались только на надежде, что будем первыми.

Я внимательно посмотрел на него. На коже лица обветренные трещины, губы в крови. В глазах — упёртость, но и облегчение, что они наткнулись на нас.

— Значит, вовремя встретились, — спокойно сказал я. — У нас ещё есть провиант и топливо. Отдохнёте, потом пойдём вместе. Тут без вариантов, и без обид. Если продолжите идти вперед, то погибните.

Нансен молчал, уставившись в одну точку. Его спутники уже сидели у примуса, грея руки над паром от котелка.

— Нет. — Наконец снова заговорил норвежец — Я не могу повернуть. Пусть я буду вторым, но я до полюса дойду!

— Вы погибните — Покачал я головой.

— Пусть так, но норвежский флаг будет стоять рядом с русским! — Нансен упрямо сжал губы — Да и не нужно нас хоронить раньше времени Волков. У нас есть пять собак, а это свежее мясо на несколько дней. На полюсе мы пробудим не дольше дня, пойдем по вашим следам и тратить время на обсервацию нам не придётся, после чего немедленно повернём назад.

Я напряженно думал. Нансен не отступит, это и ежу понятно. До полюса ему идти чуть меньше трех дневных переходов, значит на обратный путь у него останется керосина всего на неделю. Что с провизией у него не совсем понятно, так как он не говорит, но тоже не густо. А ведь ещё есть Адамс, у которого дела не лучше, чем у Нансена… Придётся делится провиантом и керосином, это как пить дать, даже собак ему дать придется, иначе, если они погибнут при возвращении, меня со свету сживут. Бросил, не помог… Но и рисковать своими людьми нельзя. У нас всё рассчитано, припасов с собой только необходимый минимум и пополнить мы их сможем только, спустившись с ледника…

— Ладно, — сказал я наконец. — Получите ящик пеммикана, тюленье мясо, трех собак и немного керосина. Но учти, Фритьоф, у нас запасы впритык. Мы рассчитали всё так, чтобы самим вернуться живыми. Без обид, но иначе мы вместе с вами ляжем в снегу.

Нансен чуть кивнул. В его глазах читалось облегчение, хотя губы всё равно были сжаты в ту же упрямую линию. Он знал цену моим словам.