Я вышел из прохладного полумрака банковского зала прямо на гулкую питерскую улицу. Каменные мостовые уже просохли от недавнего дождя, колёса пролеток выбивали дробь, извозчики лениво перекрикивались, а в воздухе пахло угольным дымом, лошадиным навозом и сыростью. Я натянул шляпу пониже и быстрым шагом направился к порту.

На набережной жизнь кипела: матросы в выцветших бушлатах перекатывали бочки с солониной, рабочие на кранах поднимали тюки шерсти, на мачтах десятков судов хлопали паруса, сушившиеся на ветру. Моя «Вега» стояла у дальнего причала — тёмный силуэт с высокими мачтами и широким, как плечи борца, корпусом. Она казалась готовой рвануть в дальний путь хоть сейчас, но я-то знал, что внутри её трюмы пока пусты. Да и сам корабль требовал дооснащения и небольшого ремонта. Слава богу хоть китобойные вельботы нам достались вместе с судном, и покупать новые теперь не требовалось.

На причале, как мы и договаривались меня встретил Корнеев.

— Доброе утро Иссидор Константинович! — Жизнерадостно поздоровался Егор.

— Кому доброе, а кому и не очень — Пробурчал я в ответ — Что там у нас по закупкам?

— Нужны деньги, а так в прицепе всё готово. Поставщики готовы начать отгрузку, как только мы рассчитаемся — Ответил Корнеев, своим упоминанием о гадских финансовых вопросах вызвав у меня зубную боль.

— Через час деньги будут. — Тяжело вздохнул я — Пятьдесят шесть тысяч.

— Но этого же не хватит! — Корнеев всплеснул руками — У нас подписано контрактов на шестьдесят две!

— Знаю! — Нервно отреагировал я — Я знаю этот список до последней запятой! Нету больше денег, я и так выгреб всё, что можно. Я фактически банкрот!

Да, я не соврал и капли — банкрот. Я даже живу теперь на корабле, так как у меня нет денег на гостиницу.

На покупку «Веги», перегон её в Петербург, оплату пошлин и стояночных сборов ушло двадцать девять тысяч. Еще семь тысяч я отправил Тимохе, с требованием снять «Единорог» с промысла, и срочно идти в Гренландию, где закупить для нужд нашей команды шкуры, эскимосскую одежду, обувь и сто собак с нартами. Так же он должен был нанять пятерых инуитов, желательно из тех, которые участвовали с нами в прошлой экспедиции. Восемь тысяч ушло на покупку угля в Петербурге, и на запланированных промежуточных остановках. Гребанный английский уголь, который подходил для машин «Веги» как нельзя лучше, в России стоил семь рублей за тонну, а в том же Кейптауне или Мельбурне, уже вдвое выше! Тот же разборный дом, что я заказал в местной столярной мастерской, с полным утеплением, печами, системой вентиляции, обошелся мне в целых четыре тысячи! Деньги утекали рекой, и конца и края тратам не было видно.