— Нас гопари бахнут. Или погода. Нет у нас ста дней или в таком духе. Август много болтает, но он прав в одном, сейчас формальное лето, то есть ещё тепло. Сравнительно. Настанет зима внутри зимы, придёт декабрь, мы взвоем при минус семидесяти. И все взвоют. Не получится у нас побегать с волокушами. К тому же мы круты пока про это место не вызнали остальные, а мы своими караванами шоссе протопчем. Парни тёти Оксаны нас обязательно прижучат. Нам пока просто везло. Не считая пары трупов. Царство небесное Аязу!

— Критикуешь, предлагай! — мягко, но веско возразил Иваныч и ткнул для убедительности в мою стороны ручкой.

Я развел руками. Он, в сущности, прав. Есть уголь — уже хорошо.

— В любом случае нужно набирать ещё две команды сталкеров. Давно пора. Студенты постоянно канючат, посмотрев какими орлами вы возвращаетесь. Тебя, Хакаса и Сёгуна поставим во главе новых троек.

— Не будем разбивать нашу бравую тройку. Кинь клич, пусть формируют ещё три группы по три, учить будем в поле, сразу всю толпу. Алкаша того возьми, то есть Бармена.

— Как скажешь. Хоть Бетмена. Огнестрельного на всех не хватит.

— Пусть отвыкают. Оружие нужнее базе, если гопари придут. Вооружение: топоры, мечи, копья. Хотя бы один копейщик в отряде. Сколько теперь людей в колонии?

— Пятьдесят девять, считая только взрослых старше восемнадцати. Что удивительно, дети легче адаптируются, помогают во всем. Я бы даже сказал, что в перспективе они ценнее большинства взрослых.

— Мало. Цех вместит пятьсот человек.

— Будет как в китайской общаге. Притом всех как-то кормить нужно. Пока справляемся, а потом?

— Станция всё меняет.

— Пока нет.

— Нужны хотя бы сталкеры.

— Где их взять? Объявления расклеить? И как чужакам доверять?

— Извини. Толковых людей во все времена было сложно отыскать.

— Ладно. Хорошо. А пока, идите в баню. В хорошем смысле этого слова.

* * *

Она была в платье. Ну то есть… В колонии почти никто платьев не носил. Одежда вокруг была грубая, мешковатая, спортивная, любого цвета и фасоны. Большинство предпочитало комбинезоны и толстовки. Наверняка ей было холодно, а от меня, наоборот, после бани шёл жар.

Подошла плавно, остановилась прямо передо мной, несколько ближе, чем позволяет социальная дистанция. Привстала на носочках. Глаза в глаза. Смотрела, а я утонул в глубине золотых с карим глаз, и вынырнув, обнаружил, что это восхитительно пахнущее чудо разговаривает со мной, пока я стою, разинув пасть.

Что женщины находят в мужчинах? Мы глупые, грубые, скверно пахнем и одеваемся хрен пойми как.

Взял её за руку.

— Меня Антон зовут.