Глаза старшего оказались на уровне моих. Попробовал отвернуться, из-за горящего в глазах гнева мне показалось, что он сейчас наотмашь ударит меня. Но он аккуратно взял за плечо и повернул лицом к нему.
«Думаешь, мы прошли от Сталинграда до Берлина и Кёнигсберга, чтобы ты тут просто сдался?» — раскатисто пронеслись в моей голове громогласные мысли.
Старший, все так же смотря в глаза, полез ко мне в карман. Там же ничего нет. Нет?
Тем не менее, он извлек оттуда плеер, распутал наушники, вставил флешку, заботливо пристроил мне в уши.
— Я стараюсь жить так, чтобы мне не было стыдно перед вами, дедушка. И дедушка. Даже сейчас. — Прошептал я одними губами и попытался встать. Ноги вновь прострелило болью, но я её проигнорировал, опираясь на топор. Сначала одна, потом вторая. Встал.
Они смотрели на меня в четыре глаза. Молча и серьезно.
— Иди, — тихо произнесли они, не раскрывая ртов.
Кивнул. И пошёл. В ночь. С каждым шагом мне становилось легче, демоны снов и тьмы отступали от меня.
Калечащими острыми звуками в барабанные перепонки из плеера, из кабыровской флешки, летели слова песни:
'Через боль, через страх, через страх.
Сделай шаг, пусть он немыслим.
Белый плен, белый ад, белый ад,
Но в тебе есть воля к жизни.
Через крик, через боль…'
И я шёл, откуда-то твердо зная, что пройду ещё немыслимые двенадцать километров, дважды пересеку окаменевшую речку, обогну заброшенную цементную площадку, некую хомутовскую лесопилку, пройду по кромке леса и дойду до одинокого дома на пригорке. И хотя он пуст, примет меня как родного.
Я иду.
* * *
Дорогие Друзья!
Рад что вы прочли мою книгу.
Надеюсь, вам понравилось.
Я выбрал достаточно необычный вариант конца света — «замерзание», посчитав её как минимум не заезженой и как максимум — реально возможной (хотя бы потому что как говорил Дядя Ярик — «такое уже было»).
Если есть мысли и мнения по тому, как человеческое общество развивалось правильно или неправильно, пишите, пожалуйста, в комментариях.
Если есть пожелания по продолжению. Ну что же, Антон Странник-один вполне себе жив, продолжение возможно. Напишите.
Как он должен выпутаться, какие события могу ещё произойти.
И большой поклон читателюنبيل صخيري и Вадиму Яруткину.
Мысли автора
Не по сюжету.
1. Мне тут не раз и не два пишут. Что главный герой — гопник.
Хм. Давайте так. Мне же, но касательно другой книги — «Кайл Соллей» написали что главный герой — сопляк и слабак. Странно, учитывая что он за повествование человек сто-стопятьдесят убил.
Даже женщина одна писала — какой он у вас хороший и добрый (Кайл). Гм. А сколько он должен зарезать чтоб не такой добрый? Есть показатель?