Ориентируясь по навигатору, протаптывали путь в самый центр. Любопытно. Тут площадь, театр, администрация, Ленин со снежной шапкой на месте, какой-то сквер имени Лермонтова (в отличие от Ильича, его не видать).
Остановился. Парни задвигали головами, Кабыр заметно напрягся.
— Просто осмотримся.
В глазах Дениса блеснуло внутреннее несогласие, которое он не стал выражать вслух.
Открыл дверь, вышел из кабины на площадку за ней. Небо заволочено, темно как на картине Малевича. И тем не менее глаза привыкли, силуэты зданий ощущаются. Поводил лицом, пытаясь уловить какой-нибудь запах. Ощущается только неприятная гарь как от пожара. Гопники ищут здесь большое бомбоубежище для блатных. Находясь прямо на площади, я вполне мог поверить в его существование. Да к гадалке не ходи, СССР работал серьезно и для партийной верхушки должен быть бункер чтобы чуть что продолжали рулить в непосредственной близости. Другое дело, что в нём ценного и стали ли люди туда прятаться? Не уверен. В любом случае тут могут быть патрули банд. На их месте я бы посадил засаду и ждал, когда кто-то любопытный покажется из подземелий. Мда. Тогда торчать тут на виду попахивает самоубийством.
Без слов залез в кабину (парни всё это время просидели безвылазно).
Тронулись. Тут где-то улица по диагонали налево, от неё прямиком к Одеону, а оттуда рукой подать и до Завода.
Усталость стояла надо мной, как снежный человек, который ждёт команды чтобы задавить в объятиях и слопать. Кажется, за последнее время слегка устал.
Адреналин не давал ни уснуть, ни поддаться желанию отдохнуть.
Едем и едем. Большая поездка. Эту часть города, включая площадь, никогда и не видел.
В одном из окон мелькнул огонёк. Сглотнул. Ну его нахер. Притопил педаль газа и резвее помчался в свой район. Только после Стрелецкого заложу гигантский круг чтобы если по следу пойдут не пришли к проходной Завода. Не знаю, поможет ли это.
* * *
Связались по рации чтобы не напугать (всё же по ночам никто не ездит), там передали внешнему дежурному. Большую часть иллюминации погасили ещё пару километров назад.
Голова болит, прямо разламывается. Въехали на территорию завода, подогнали технику к шлюзу. Несмотря на позднюю ночь Вышел Иваныч в тулупе, удерживая в зубах папиросину, отцепил биндюгу.
Пока загонял технику в специально сооруженный для тракторов «сарай», пока вышли разминаясь, биндюгу уже разгрузили.
— Симонова? Серьезно? — Иваныч с интересов вертел в руках карабин, застывшее масло поблескивало в отблесках света от Цеха.
Глава 16 Незваные гости
Куда приятнее чистить на кухне картошку,