— Найдется.
— Что у вас за топор такой?
— Ну, топор ледникового периода. Чтобы ледяным великанам головёшки рубить. Уйдёте или останетесь? Предлагаю заночевать, посмотрите на лагерь ночью, может это вас убедит переехать. Вообще, признаюсь вам честно, этот лагерь, эти люди, всё получается как-то стихийно, и не является частью моей стратегии. Я бы, наверное, легче выживал бы в одиночку. Мне грузовик продуктов, каждый день копать дрова и кое-как проживу. Знать бы ещё, сколько ждать.
— Не увиливайте, Антон. Человек существо общественное. Социальное поведение и сотрудничество заложены в людях на генетическом уровне в противовес эгоизму. В вас — тоже. И больше стараетесь казаться таким крутым, суровым и независимым, чем являетесь. А на деле, чуть, что — всем сопли утираете. Считаете, я не прав? А тогда чего вас моя задница беспокоит? Ну, подохну и ладно?
— Ценю ваши знания.
— Врёте. Льстите и врёте. Нет у меня особых знаний. Сколько зима продлится, не знаю. В документалке про Йеллоустоун говорили, что четыре года непрерывно. То есть, допустим, сегодня тринадцатое августа. Если весна начнется в середине мая на пятый год, значит «суперзима» продлится приблизительно одна тысяча пятьсот девяносто шесть дней. К примеру, Великая Отечественная, считая с двадцать второго июня сорок первого и по девятое мая сорок пятого длилась одну тысячу четыреста восемнадцать дней. Ваша война с климатом, если вы намерены её пережить, на сто семьдесят восемь дней дольше. Очень и очень долго. Но это — предположения. Точных знаний у меня нет. Не очень-то я ценен.
— Ну, спасибо и на этом. Пойдемте, найду нам немножечко водки. Если согласны заночевать. Или граппы?
Глава 6 Черное солнце мертвых
Темная тишина ночи — добрая тишина.
Она точно прячет, защищает человека,
касается его тысячами неосязаемых прикосновений.
Но яркое Белое Безмолвие, прозрачное и холодное
— оно безжалостно.
«Сын Волка» Д. Лондон
День десятый. За окном цеха новый градусник из магазина «Всё для дома», разбег плюс пятьдесят — минус пятьдесят (искренне надеюсь, столько не понадобится). Показывает минус девятнадцать.
Тело неохотно привыкало к морозу. Когда ты живешь в одной и той же местности, осень наступает постепенно, падает градус за градусом, поливает дождями, чтобы человек смирился с очередными погодными качелями, достал шапку, перчатки. Есть время, чтобы менялся состав крови, привыкали рецепторы. Я знал это потому, что приезжая на Север, ты оказываешься внутри зимы сразу, внезапно. И понимаешь это «своей шкурой», когда свитер примерзает к телу по дороге от трапа до аэропортовского автобуса и какое-то время трясёт от лютой акклиматизации.