Но когда трактор в ускоренном темпе превращается в снеговика, это подстёгивает.

Кота чуть не забыли.

Потом, вцепившись в руль, долго и мучительно продирался сквозь снежный шторм. Ветер и не думал умолкать. Стихия разыгралась не на шутку.

С огромным трудом «припарковал» клаас. Помятую о недавнем нападении, запер трактор на ключ. Все же он один из самых ценных наших активов. Из условного «гаража» не было туннеля к Цеху, пришлось приготовится к забегу и бежать в сторону полузасыпанной траншеи перед шлюзом, с наката нырять.

Даже короткое путешествие слегка утомило, к тому же в этот момент «кошак», не иначе кем от паники — чуть не слинял обратно в свои снежные пампасы.

А это ещё искать подмогу для разгрузки. Нет, туннель к гаражу определенно нужен.

Кое-как насобирал команду под перетаскивание полезного груза, сам тоже помогал.

Ветер и не думал стихать. Проверил Кабыра, он гулял в дальнем конце Цеха, приобнимая СВД. Оружие пахло новой вещью, советским оружейным маслом, кожей ремня. Не стал спрашивать, куда он девал мосинку, вряд ли отдал Иванычу, скорей всего припрятал в своем жилище.

Возвращаться в Цех с утра как-то нетипично. Из-за разгула стихии мы провели остаток дня на Базе, несколько бесцельно перебирая хлам, общаясь с Ханом, выслушивая Августа и Аркадия в их объяснениях про перемену погоды и ветер. И без сопливых понятно, что погода меняется и не в лучшую сторону. Сколько продлится буран ответить не смогли.

Причем измерителя силы ветра у нас не было как класса, какова стихия остается только гадать.

Когда я сидел и разглядывал огонь, мне пришла мысль что такая погода дает идеальные условия для внезапного нападения на гнезда гопников. Жаль мои выходки никто не поддержит, а уйти незамеченным становится всё сложнее. Иваныч даже кабельный телефон по Базе протянул и у его квартиры такой тоже был. Проще говоря, уйди я «в ночь», он узнает об этом через минуту. Шайсе. Доиграемся мы в миролюбие. Знаем, что они ударят, их можно веско обвинить в убийствах, пытках, похищениях, терроре, грабежах, но не в том, что скрывают свои намерения. Они прямые и откровенные в опасности, которую источают. Так чего же мы ждём? Опять, чтоб гром грянул? Надеемся на чудо? Жопа.

Готовили волчатину, в чем поучаствовал я с Кабыром. Тщательно разделали, в отдельном котле варили кости для собак и кошек. Хищник пахнет откровенно тошнотворно, но мы упорствовали в своем опыте из села Морковино. Надо просто подождать часов шесть, периодически добавляя воду. Мясо стало существенным дефицитом (иначе никто не стал бы связываться с жёсткой горькой волчатиной). Другой опасностью были всякого рода глисты, гельминты, паразиты и заболевания. Волк — санитара леса (недавно эту роль примеряли одичавшие собаки), соответственно на раз жрали падаль, животных больных, заражённых и так далее. Остается надеется, что шесть часов варки с солью убьют все формы жизни в плотном мясе.