Присев на диван предложил Дяде Ярику принесенного с собой пива. Он отказался, заявив, что не пьёт, но мне выдал потёртый стакан со следами известкового налёта.

Просидев так до «после полуночи», перебрасываясь фразами с пожилым охранником, допил пиво и побрел спать. Через туалет.

Ветер все не стихал.

* * *

День первый. Глаза предательски открылись в семь сорок. Можно было спеть единственную строчку из песни про такое же время, но было лень лишний раз открывать рот.

Мой сосед по номеру так и не появился.

Вставать нет сил, хотя тело одеревенело от фанерной кровати с тоненьким матрасом, которому, кажется, лет столько же, как и мне.

Кое-как сел. Запустил сайт аэропорта. Он долго не грузился, потом выдал сообщение, что рейсы всё так же задерживаются, но вы не теряйте надежды.

Вот как это понимать? Летит сегодня мой дельтаплан или нет?

С раздражением встал, заправил постель, поставил телефон на зарядку, пошёл умыться, в туалет, врубил чайник и наскоро позавтракал всё таким же вчерашним комплектом. Потом — залип в смартфоне. Интернет работал через раз, но лучше, чем вчера. Решил поздороваться с Дядей Яриком.

Он встретил меня в коридоре первого этажа, занимаясь утренней гимнастикой, и от моего появления смутился.

Немолодой, маленького росточка, всё ещё крепкий, с заметной лысиной среди почти седых волос, сделал пару каких-то наклонов.

— Доброе утро, Антон. Какие новости в мире? — он кивнул на мой смартфон, видимо искренне полагая, что современному человеку миниатюрный телевизор нужен в первую очередь для просмотра новостей.

Покопавшись в роликах, показал ему видео, которое только что смотрел сам. Какие-то дымы, птицы летят стаями, будто эвакуируются, восторженно-испуганные «Оу май Гад!». Думаю, это сойдет за новости, потому что сообщения о мелких землетрясениях и последовавших за этим обвалах на биржах акций по всему миру уже набили оскомину.

— Что это?

— Йеллоустонский заповедник в Америке стал чадить и пускать газы, дымы. Слышны взрывы. Звери и птицы бегут.

— Животные, молодой человек, бегут от пожара или когда чувствую землетрясение.

— Сейчас такое время, весь мир трясёт.

— Нет-нет. Если Йеллоустон извергнется, всему человечеству — «труба». Я по этому поводу большой документальный фильм с приятелем смотрел. Хотите, перескажу?

— В другой раз. Дядя Ярик, а где здесь можно погулять, несмотря на ветер?

— До центра далеко. Сходите в парк Гоголя, это по Монтажников и налево до конца. Хотя в такую погоду лучше дома сидеть. Опасайтесь хулиганов, рядом Старый район.

— Обязательно. Пойду разомнусь.