— Алена Евгеньевна, а вы цитрамоном не богаты?

— Алена Евгеньевна? — фыркнула Зимина. — Значит, и как на брудершафт пили, не помнишь?

— Алена, — простонал я, усевшись на табурет и стиснув голову ладонями, — цитрамон! Пожалуйста!

— Сейчас принесу.

Девушка ушла в комнату и вскоре вернулась с блистером цитрамона и бутылочкой минералки.

— Держи, страдалец.

Я выщелкнул таблетку, положил ее в чайную ложку и раздавил другой. Закинул в рот горькое крошево и смыл неприятный вкус парой глотков воды.

— Что на брудершафт пил — помню. С кем — нет.

— Ты в курсе, что провалы в памяти это очень тревожный звоночек?

— Признак алкоголизма? — вздохнул я. — Так я и без всяких звоночков знаю, что мне пить нельзя.

— Вот и не пил бы.

— Я и не собирался. И даже пару раз уйти хотел, если помнишь.

— Плохо собирался.

— Возможно, — не стал спорить я. — Кстати, по поводу провалов: почему именно ты меня к себе забрала? Там же куча народа была.

— А если подумать?

— Думать больно.

— Обувайся, выходить пора, — глянув на часы, заторопилась хозяйка квартиры. — Реально вариантов было два: или тебя забираю я, или ты ночуешь у Кристины, чего мне, по понятным причинам, очень не хотелось.

— Это по каким еще таким причинам? — спросил я, отправившись на поиски носков.

— Она очень хорошая девочка, и у нее есть очень хороший мальчик.

— А я, получается, сильно плохо себя вел?

— Нормально ты себя вел. Но Кристине служебный роман точно не нужен.

Проверив содержимое карманов, я уселся на пуфик и, часто-часто задышал, собираясь с силами, прежде чем нагнуться и обуться. Потом спросил:

— Насчет мальчика информация точная?

— Ее жених раньше работал у меня в отделе. Сейчас он пишет докторскую диссертацию. Так что оставь их в покое.

— Оставлю, какие проблемы, — вздохнул я и признался: — Просто Кристина на одноклассницу мою бывшую как две капли воды похожа, вот и все.

— Первая любовь? — удивилась Алена, собирая сумку. — Кто бы мог подумать, что ты такой романтик!

— Да прям, романтик! — поморщился я, поднимаясь на ноги.

— Выходи, сигнализацию включу.

— Хорошо.

Я шагнул за порог и обессиленно прислонился к стене — самочувствие оставляло желать лучшего. Пусть головная боль и поутихла, но любое резкое движение отзывалось ломотой в затылке и за глазами. А стоило только начать массировать виски, как распахнулась дверь напротив, и на лестничную клетку вышел крепкий мужик в футболке и шортах. Оценивающе глянув в мою сторону, он достал из барсетки пачку сигарет, чиркнул зажигалкой и вызвал лифт. Все бы ничего, но тут в подъезд вышла Зимина.

— А можно здесь не курить? — раздраженно попросила она.