— Ой, Митрий Иванович пожаловали, — обрадованно сказала она, вытирая руки передником.

Я привык к тому, что мое имя переиначивали на русский лад. Дитрих стал Дмитрием, а отчество Иванович взялось неизвестно откуда. По-моему, тут всех иностранцев традиционно называют Ивановичами.

— День добрый, хозяюшка. Это тебе. — Я вручил корзину кухарке. — Не покормишь солдата?

— А как же иначе, Митрий Иванович⁈ Конечно, попотчую. Исхудали вы страшно, с лица спали ужасть. Я вам щец побольше налью, пожирнее, да мяска положу.

Я стал хлебать наваристые щи. В той жизни терпеть не мог, предпочитал борщ или любой другой суп, а здесь почему-то уплетаю за милую душу. Хотя, возможно, все дело в кулинарных способностях Дарьи. У нее невкусной еды не бывает.

Женщина с умилением смотрела, как стремительно пустеет миска.

— Кушайте, Митрий Иванович, кушайте. Я вам добавочки еще плесну. Шти сегодня чудо как хороши. Барин недавно откушали и оченно довольны остались. И вам, вижу, ндравится.

— Угу, — прогудел я с набитым ртом. — Еще как нравится, язык проглотить можно.

Кухарка польщенно улыбнулась.

После плотного обеда возникло непреодолимое желание подремать. Я поблагодарил Дарью и пошел к себе. Не раздеваясь, завалился на лавку, закрыл глаза и моментально уснул.

— Простите, что помешал вашему сну, Игорь Николаевич.

Приятный мужской голос вырвал меня из объятий Морфея. Я увидел невысокого поджарого человека с роскошной шкиперской бородкой и пронзительными глазами.

— Кирилл Романович⁈ Вы! Я не брежу?

— Все в порядке, Игорь Николаевич. Это не сон. — Корректор реальности присел на мою лавку. — Успели соскучиться?

— В какой-то степени, — признался я. — Правда, опасался, что этого может не произойти. Тем более вы сами не очень были уверены, что новая встреча состоится.

— Знаете, молодой человек, я одновременно и верил в нее, и не верил. Межвременной перенос очень энергозатратная вещь, а ресурсы даже у нашей цивилизации не безграничны. Мы тоже экономим, снижаем издержки и все такое. Понадобился очень важный повод, чтобы эта встреча произошла. — Кирилл Романович виновато вздохнул.

— Вот как! Случилось что-то страшное?

— И да и нет. Все зависит от вас, Игорь. Именно вы являетесь определяющим фактором.

Я почувствовал, как во мне нарастает раздражение. Вроде Кирилл Романович внешне вполне милый человек, с которым приятно общаться, но сейчас он юлит, чего-то недосказывает, а это бесит сильнее всего.

— Не надо мяться, Кирилл Романович. Говорите конкретно. Что произошло и какое отношение это имеет к моей скромной персоне?