Дробный грохот превратился в артиллерийскую канонаду, выбивающую торжественный марш. Казалось, от нее обрушатся стены крепости, падет любая твердыня.
— Вперед, орлы! Представьте, что на вас смотрит вся Россия! Покажите себя, — продолжал неистовствовать премьер-майор.
Он был в своей стихии, наслаждался бравурной музыкой, цокотом тысяч копыт, одновременным ударом солдатских сапог и башмаков. И Гампф, упиваясь, дирижировал этим прекрасным и смертоносным оркестром.
Не чувствовалось, что войска истощены долгим и трудным маршем.
Первые ряды поравнялись с генеральской кавалькадой.
— Преклонить знамена! — крикнул Гампф.
С шелестом опустились до земли тяжелые гвардейские знамена.
Такую почесть полагалось оказывать только государю. Никогда дотоле гвардия не преклоняла своих знамен ни перед одним из главнокомандующих русской армией, пусть даже в фельдмаршальском чине.
Я невольно бросил взгляд на Бирона. Подполковник сидел в седле, закусив губу, но так ничего и не сказал. Возможно, Гампфа ожидает разнос, а может, и нет. Второе, пожалуй, всего вернее. Бирон и сам проникся торжественностью момента. На глазах стиралась неприязнь и пренебрежение гвардейских чинов к армии.
— Троекратный виват фельдмаршалу Миниху! — снова закричал Гампф.
— Виват! Виват! Виват! — трижды пронесся по степи многоголосый рев.
Его подхватили выстроенные в парадное каре солдаты азовского гарнизона:
— Виват! Виват! Виват!
Ехали полки — драгунские, казачьи. Тянулась артиллерия, шагала пехота.
Боже мой, как это здорово, как красиво, как впечатляюще! Кричали все, от рядовых до генералов. Кричал и я, подбрасывая вверх гренадерку. Был в этом непередаваемый словами экстаз, возбуждение, которое охватывает человека в редкие мгновения его жизни.
Глаза фельдмаршала увлажнились, веки дрогнули.
— Спасибо, братцы! — расчувствовавшись, произнес он. — Спасибо!
А я глядел на невообразимую мощь входившего в Азов войска и думал, что победа будет за нами.
Мы сломаем хребет туркам, отвоюем хороший кусок в Европе и займем подобающее нам место. Будущему младенцу-императору Иоанну достанется богатое наследство, а уж я пригляжу за тем, чтобы никто и никогда не посмел лишить его этой награды.
— Ничего, Кирилл Романович, мы еще повоюем!
Глава 28
Глава 28
Две батареи «Катюш» прибыли в Азов с недельным отставанием от графика. Ракетные установки с самого начала были окружены завесой секретности, и как ни старались иностранные военные посланники пронюхать, что мы от них скрываем, так ничего толком узнать им и не удалось. Австрийский капитан Парадис, покрутившись возле ракетчиков и поняв, что все попытки пропадают впустую, с горя стал напрашиваться в передовой отряд.