— В каком-то смысле, — Родерик медленно кивнул. — Я как гвардеец могу прямо тебе сказать, Лександр — в Первой Академии сейчас настолько безопасно, насколько это возможно, и нагонять сюда ещё больше людей не имеет никакого смысла. Примерно как лить воду в стакан, который и без того полон. Возможности для повторения диверсий или чего-то подобного для врагов Империи появятся ещё очень нескоро…

— Это звучит логично, — не согласиться с такими доводами я, в общем-то, не мог. — И что теперь?

Родерик выдержал паузу. Вздохнул, разведя руками:

— А теперь я приступлю к выполнению своих обязанностей в роли офицера гвардии. Как ты понимаешь, праздно гулять по территории альма-матер мне никто не даст, независимо от моего на то желания. Но перед этим я передам тебе слова отца, которые, я надеюсь, помогут тебе принять и осознать тот факт, что ты — Лазарь, и впредь не должен полагаться лишь на себя, — по выражению лица Родерика стало понятно, что он приготовился цитировать. — Ты доказал, что ты — не ошибка нашего рода, не «слабое звено», не разочарование и не обуза. Ты — будущее Лазарей, и никак иначе. Возможно, даже в большей степени, чем считаешь сам…

Родерик говорил так, словно каждое слово давалось ему с трудом. Не потому, что он не был согласен со всем сказанным, а потому, что сам он привык выражать мысли иначе. Короче и суше, без лишних сантиментов и пафоса.

«А ведь это, в каком-то смысле, его слабое место» — промелькнула мысль, никак на моём лице не отразившаяся. Родерик тем временем продолжил:

— Поэтому семья требует, Лександр, чтобы ты перестал бросаться в пекло при первой же возможности. Ты — не расходный материал, не гвардеец и, в действительности, не столп Империи… по крайней мере, сейчас. Связи и долги от сильных мира сего ценны, но не настолько, чтобы ради них рисковать жизнью. Это всё, — Родерик выдохнул и, кажется, даже чуть расслабился, словно сбросив с себя ощутимую, тянущую его к земле ношу.

— Ты ведь и сам знаешь, что я не искал неприятностей целенаправленно, Родерик, — произнёс я спустя несколько секунд, заметив, как с противоположного конца аллеи показался пеший патрульный отряд. — Но впредь я постараюсь не участвовать в такого рода инцидентах… по крайней мере, столь активно.

Наследник поймал мой взгляд, прищурившись понимающе:

— Но только если инциденты не будут касаться твоих друзей, да? — он открыл рот, словно намереваясь сказать что-то, но прервался на полпути и шумно выдохнул носом. — Я сам был таким же. И… честно говоря, до сих пор я не считаю, что вёл себя неправильно.