В углу под потолком висел телевизор, по которому без звука транслировали имперскую хронику с субтитрами: открытие нового цеха концерна Лазарей, заседание Имперского Совета и вырезки из всё ещё находящегося на слуху третьего этапа вступительных экзаменов Первой Академии.

Посетителей было мало — две семьи с детьми-подростками, пожилая пара в углу, да большая компания офицеров, что-то негромко обсуждавших за бутылкой-другой вина.

«Тишина, спокойствие, аромат мяса и свежего хлеба. Идиллия. Родители Эльзы знают толк в том, как подобрать хорошее место для отдыха».

— А тут действительно уютно, мне нравится, — искренне признался я, отодвигая для Эльзы стул.

— Я же говорила, — она аккуратно положила букет на край стола, оправила платье и села. — Мой отец всегда обедает здесь, когда приезжает в Сант-Море. Так у нас и узнали про «мельницу». А ещё тут почти не обращают внимания на… благосостояние, так скажем. Всегда можно посидеть, не думая о том, как выглядишь, или что ещё должен заказать, чтобы соответствовать статусу.

— Разумный подход, — я принял из рук подошедшей официантки широкую, приземистую вазу, переместив туда букет ирисов. Только после этого сел, взяв в руки меню.

Мы сделали заказ спустя пару минут, потому как не стали выбирать ничего экстравагантного, ограничившись тем, что тут проходило по категории «Имперской традиционной кухни».

Суп, мясо с овощами, белый хлеб и холодный морс — всё то, что по праву считалось «исконной кухней» региона.

Пока ждали, разговор плавно перетёк от обсуждения меню к темам более личным. Эльза расспрашивала меня о, как бы странно то ни было, обо мне и Лазарях, а я, в свою очередь, узнавал больше о ней самой и о Шталях. О жизни в баронстве, о воспитании, о её целях и стремлениях кроме, конечно же, медицины.

И касательно последней Эльза смогла меня удивить:

— Матушка была против, — призналась она, ковыряя вилкой овощи. — Мол, не женское это дело — эрикс-медицина. Ну и традиционное «нужно думать о замужестве, дочь», «орудовать скальпелем аристократке не в пору», «всех женихов кровью распугаешь». Пф-ф! — Эльза громко и недовольно фыркнула, — зато отец меня поддержал. Сказал, что если я хочу быть медиком, то буду медиком, и всё на том.

— А Виктор?

— А Виктору было всё равно. — девушка хмыкнула. — Он никогда не лез в мои дела, а я — в его.

— Но по итогу ты здесь, — я отпил из бокала. — В лучшей академии Империи и под крылом одной из лучших наставниц. Твоя матушка наверняка уже изменила своё мнение…

— Пф-ф, — Эльза фыркнула. — Ты её не знаешь. Она… сложный человек. Но да, матушка мной гордится. Не из-за медицины, конечно…