Я подошел к панели ретранслятора, и тут произошло нечто странное. Мой разум еще только формулировал мысль о том, что нужно как-то вспомнить правильную частоту и порядок действий, а руки уже все делали сами. Мышечная память прежнего владельца тела включилась мгновенно, без малейшего усилия с моей стороны.

Пальцы механическим движением отщелкнули нужные тумблеры, крутнули рычажок настройки частоты до нужного значения, выжали кнопку подавления помех, а я свободной рукой накинул на голову наушники и придвинул к губам микрофон.

— Диспетчер, это четвертый смотровой пункт. Срочный доклад, — произнес я. — Говорит дозорный-егерь РИ-И-ноль-ноль-три-четыре-семь-восемь-Б, Багрицкий Егор Дмитриевич.

В наушниках коротко щелкнуло, статика на секунду усилилась, и сразу же прозвучал ответ:

— Слышу вас, четвертый смотровой. Принимаю доклад.

— Сегодня ночью мной был принят сигнал бедствия. Рано утром без десяти семь выдвинулся на координаты перехваченного сигнала S. O. S, где обнаружил место предполагаемого столкновения ожидаемого каравана с неизвестным противником.

— Характер повреждений конвоя? Потери личного состава? — тут же делово запросил голос на том конце, на фоне которого послышался шелест бумаг.

— Потерь нет. Повреждений техники нет, — отрапортовал я.

Диспетчер замолчал на несколько секунд. В целом, понимаю его замешательство, ведь как такое может быть, когда есть сигнал бедствия

— Не понял вас, дозорный. Вы уверены, что, прибыли на верное место?

— Уверен, — ответил я четко.

Снова пауза.

— И вы там никого не видели и караван больше не выходил на связь?

— Никак нет, — отчеканил я. — Связи с отрядом нет. Техники на координатах нет. Людей на координатах нет. Тел, крови, обломков, деталей экипировки — нет.

Я понимал, насколько дико это звучит, но что еще мне оставалось делать? Не бегать же по лесу и заниматься изучением паранормальных явлений? Я егерь, моя задача — следить за разломом, обслуживать технику да тварей считать местных, обеспечивая проходимость тракта.

А вот за реликтами охотиться… ну я ж не ведьмак какой-то…

— Дозорный, объяснитесь, — тон голоса стал заметно напряженнее. — Вы утверждаете, что конвой пропал бесследно?

— Так точно. На месте видны следы боестолкновения: отстрелянные гильзы сопровождения, повреждения древесного массива пулевого и механического характера. Присутствуют четкие следы торможения грузовых платформ и маневрирования инженерного тягача. Имеется одиночный след неизвестного существа сверхкрупного размера, линия следов людей и техники обрывается резко на одной точке.