Где-то позади лес вздрогнул.

Раздался чудовищный рев, от которого по спине пробежал очередной табун мурашек. Было абсолютно понятно, что монстр не просто бежит следом, а проламывает себе новую просеку сквозь тайгу. Треск стоял такой, будто я попал на лесопилку, где активно работали дробильные системы.

Сжав зубы до хруста я заставил себя бежать дальше. Пришлось изменить ритм: теперь отталкивался здоровой левой ногой с максимальным усилием, а правую просто подтягивал, стараясь переносить на нее как можно меньше веса. Получался уродливый, дерганый галоп, который выматывал втрое больше обычного бега.

Наира мелькала впереди. Эльфийка ловко уходила от низких веток и перепрыгивала завалы, а рядом с ней, не отставая ни на метр, несся булыжник, и для ожившего куска горной породы он передвигался пугающе резво, отталкиваясь сразу четырьмя конечностями и перемахивая через кусты.

Сзади снова грохнуло падающее дерево.

Снег предательски проваливался под моим весом, набивался в ботинки, и я отчетливо ощущал, как внутри все размокло и неприятно чавкает. Правая голень уже не просто ныла, а выводила серенады о помиловании, но слушать я ее не собирался, потому что жить хотелось больше. Не для того старый егерь получил второй шанс в молодом теле, чтобы бездарно закончить свой путь в желудке у мутировавшего лохматого переростка с акульими зубами.

Лес начал редеть. Не веря своим глазам, я видел, что впереди, сквозь стволы деревьев, показалась спасительная бетонная коробка смотрового пункта.

— Давай! Еще немного! — крикнула Наира, вылетая на расчищенный бетонный периметр бункера. Камень выскочил следом за ней.

Вывалившись из-за деревьев последним, я едва не клюнул носом, едва удержавшись на заплетающихся ногах. Больная голень горела огнем, и я искренне надеялся, что, когда сниму обувь и бандаж, не увижу там вновь окровавленное месиво.

Добежав до тяжелой металлической двери, я дрожащими пальцами схватил болтающуюся на шее пластиковую ключ-карту, которая так и норовила выскользнуть.

— Да твою-то мать, сюда иди, — буркнул я, хватаясь за нее крепче и прилепляя к считывателю со всего размаху.

Короткий писк. Красный диод.

— Какого…

* * *

В бункере было тихо. Ни треска ломающихся сосен, ни тяжелой поступи чудовища, от которого прямо сейчас со всех ног спасались дозорный и эльфийка.

Сумрак главной комнаты разорвал внезапный писк.

Пи-пи-пи. Пип-пип.

На панели ретранслятора, стоящего на рабочем столе, тревожно замигала красная лампочка входящего вызова. Аппаратура требовала внимания, призывая дежурного немедленно надеть наушники и щелкнуть тумблером для установки связи со штабом.