— Все хорошо, я понимаю, — прошептала указывающая, и акробат внезапно осознал то, что до сих пор не мог разглядеть.
Как она похожа на Арилу. Те же губы, подбородок, скулы и… взгляд. Лишь волосы другие — короткие и смешные, а не густая непокорная грива.
Лавиани бросилась на него со спины, опрокинула с лошади, прямо в маковое поле.
— Держите его, шаутт вас всех задери!
Кто‑то навалился ему на ноги. Кто‑то растянул руки.
— Давай, сиора! — крикнул светловолосый парень, в котором акробат узнал Мильвио.
Оказавшийся рядом шаутт с поклоном протянул сойке страшный двуручный топор.
— Не надо! — извиваясь, крикнул Тэо. — Не надо!
— Ты же обещал больше так не делать! — Глаза у сойки были влажными, и он удивился этому настолько, что перестал вырываться. — Обещал и нарушил свое слово. Мы не можем так рисковать, мальчик, находясь рядом с тобой. Это единственный вариант.
Топор взлетел и рухнул, даже не заметив встречи с плотью и плечевой костью, которую он перерубил рядом с суставом.
Боли не было, лишь облегчение. Он рассмеялся, когда шаутт взял его левую руку, обнюхал, точно голодный волк, и стал рвать зубами…
Удары по щекам не отличались вежливостью. Что‑то коснулось его губ, рот наполнился сладким отваром, и Тэо сделал машинально сделал глоток.
— Думаешь, это поможет? — Голос Лавиани долетал до него словно через подушку.
— Скованный сказал, что отвар цветов то, что нужно.
— Скованный… — проворчала та. — Я вообще не уверена, что ты кого‑то видела и это не плод твоего воображения.
— Не хочу снова спорить об этом. Во всяком случае, не сейчас. Мы с трудом его нашли и…
— За стеной ходят мэлги. Они не суются во дворец, но здесь по крайней мере два отряда. Будет тяжело уйти, неся парня на закорках.
— Поэтому так важно, чтобы он пришел в себя.
— Я вас слышу, — с трудом произнес Тэо. — Просто веки словно из железа. Никак не могу поднять.
— Слава Шестерым. — Он почувствовал дыхание Шерон, склонившейся над ним. — Я уж думала, что мы потеряли тебя.
— Мальчик куда более живуч, чем кошка. Вот только его метка…
— Не сейчас, Лавиани, — резко оборвала ее Шерон.
— Не сейчас, — покладисто согласилась та.
— Мне снился кошмар. Почти ничего не помню после того, как на нас с тобой напал шаутт. Можно еще той воды? — попросил Тэо. — Ничего вкуснее я не пробовал.
В руки ему сунули флягу, и он стал пить, чувствуя, как они улыбаются.
— Приходи в себя, попрыгун. Да поскорее. Пора убираться отсюда.
Он не имел ничего против.
Глава 20. Начало пути.
Самое сложное — это первый шаг. Ибо нет ничего страшнее неизвестности, которая ждет тебя в пути. Сделав его, можно уже не останавливаться и идти к своей цели. Но немногие решаются на подобное. Не у каждого есть в крови это свойство — смело шагать по жизни или канату.