Я не мог этого допустить.

Настя думала, что худшее позади. Что тревога, в которой она прожила год, осталась за стеклом её нового спокойного утра. Что теперь ей нужно только заново научиться ценить простые вещи - обед, капельницу, тишину.

Она проснулась в сказке про аленький цветочек. И мои губы снова дрогнули - какая же точная метафора…

Я сам не понимал, когда именно перешёл черту. Может, сегодня утром, когда оставлял записку и ловил себя на том, что подбираю слова помягче. «Мне очень хотелось остаться с тобой». Я никогда в жизни не писал таких фраз. Мне было некому.

Я взял со спинки стула пиджак и направился к выходу. Я обещал ей обед, себя и терапию. И что никуда больше не денусь.

* * *

Радислав пришел, как и обещал - с терапией. И я не про лекарства. C его приходом тишина в квартире перестала быть только моей. Она стала общей. Он не нарушил этого странного равновесия, которое завладело мной с утра.

Мы сидели за маленьким кухонным столом, и я смотрела - не на него, мимо, в окно, где стоял лес, - и думала странную мысль: а каково это было бы каждый день? Не «каково это», а именно - каждый день. Просыпаться в этой тишине. Ждать, пока он придёт. Сидеть вот так, не обязательно разговаривая, просто рядом. Смотреть на один и тот же лес.

Я пробовала это на вкус, как пробуют незнакомое блюдо - осторожно, прислушиваясь к себе. Горчит? Или безвкусно?

- Ты будто что-то решила для себя? - наконец, нарушил он молчание.

- Немногое.

- Поделишься?

- Пока нет.

- Так ты пойдешь ко мне в руки?

- Пойду.

Я поднялась, подошла к нему, и он притянул меня к себе, усаживая на колени и заключая в удобные объятья. Я блаженно вздохнула и прикрыла глаза. Как же было хорошо…

- Знаешь песню про плющ, который оплетал дуб всю жизнь?

- Нет, не знаю.

- Очень трогательная. Плющ всю жизнь защищал дуб. А когда дуба не стало, он потерял смысл жизни…

- Интересно.

- Я не знала, что я - плющ. - И я крепче прижалась к Радиславу.

Он задумчиво молчал.

- Как дела? - поинтересовалась я. - Ты разобрался с папками?

- Нет. Они всё ещё ждут тебя, - напряженно отозвался он.

- Мне нужно ими заняться?

- Думаю, нет смысла…

Я отстранилась и посмотрела ему в лицо:

- Что такое?

- Я изучил все дела. У меня нет точек их соприкосновения кроме морально-этических, а это - слабый аргумент. Остаешься только ты. Но я… я передумал. На твой счет. Я не подпущу тебя к Насте. Все эти дела произвели на меня тяжелое впечатление. Я не буду рисковать тобой. Ещё вчера я думал иначе…

- Подожди. Ты предлагаешь сдаться и позволить твоему руководству избавиться от маленького ребёнка? - задохнулась я от услышанного.