За годы алкоголизма Анжелы я насмотрелся на рехабы с лихвой. Я лечил жену и в российских, и в иностранных. В последнее время мне больше нравятся иностранные. В них сервис и условия пребывания лучше. Но в целом и от них тоже толку нет, потому что ровно через два месяца после лечения Анжела снова срывается.
Мы идем ужинать в испанский ресторан. Поздний вечер, день был длинным, а дорога утомительной. Я замечаю, как Анжела смотрит на бокалы вина в руках у посетителей за соседними столиками. С горящими глазами. Аж губы облизывать. Пятнадцать лет назад она так смотрела на меня, когда мы начали встречаться. Десять лет назад она так смотрела на нашего родившегося сына. Сейчас она так смотрит на алкоголь.
Но Анжела, конечно, не будет пить при мне. У нас сегодня день надежды. После утреннего секса надежды должен последовать ужин-свидание, а затем секс надежды в номере отеля.
Анжела трезва и красиво одета. После самолета приняла душ, сделала укладку, макияж и надела платье. В рехабе оно ей не пригодится. Анж взяла его с собой для этого ужина.
В день надежды мы всегда говорим о нашем прекрасном будущем, которое неминуемо нас ждет, когда жена выйдет из рехаба. Сейчас — не исключение.
— Я много думала, — начинает она, когда официант ставит перед нами сковороду паэльи. — Ты прав, нам следует переехать в новую квартиру. Дело даже не в том, что нам нужно шагать дальше, — на этом моменте голос Анжелы едва заметно надламывается. Под «шагать дальше» она имеет в виду наконец-то отпустить Арсюшу. — Наша квартира маленькая и неудобная, далеко от центра, в старом доме с вонючим подъездом. Вот только жалко, что недавно мы сделали такой дорогой ремонт. Давай все-таки не будем ее продавать? Ну жалко ремонт.
Я спокойно накладываю порцию паэльи в свою тарелку.
— Не продавать старую квартиру, чтобы ты тайком от меня в нее приходила и напивалась?
Жена аж вздрагивает.
— Нет! Ты что такое говоришь, Марк? Как тебе вообще могло такое в голову прийти!?
Дело в том, что в день надежды мы никогда не говорим о зависимости Анжелы. И уж тем более не звучат такие слова, как «напиваться». Я сейчас нарушил нашу традицию. Плевать.
— Я продам эту квартиру, Анж.
— Я не понимаю, зачем ее продавать. Почему ее нельзя просто закрыть?
— Я же сказал: чтобы ты не приходила в нее напиваться, пока я на работе.
Вечер надежды идет не по плану. Он безнадежно испорчен моими табуированными заявлениями. Лицо жены принимает отстраненное выражение. Она молча накладывает себе паэлью. Обиделась.
В любой другой день надежды, если бы мы повздорили, я бы спешно искал новую тему для разговора, чтобы сгладить конфликт. Но сейчас мне совсем не хочется. Мне вообще больше ничего не хочется, вдруг понимаю. На плечах словно огромная гора выросла. Мышцы сдавливает колоссальная усталость. Я хочу уснуть, проснуться — и чтобы всего этого не было.