Я онемела от шока, стою истуканом и не знаю, что делать. Родители меня убьют, если узнают, но это не первый поцелуй в моей жизни, несмотря на то, что отношений с парнями у меня не было. Я целовалась несколько раз с друзьями во время игры в бутылочку. Но это было давно, и я, видимо, уже забыла, что нужно делать.
Впрочем, Вадиму как будто не нужна ответная реакция от меня. Он сам все делает, пока я стою, словно громом пораженная. Открывает мой рот, сует свой язык и начинает там хозяйничать. Я крепко зажмуриваюсь, отсчитывая в уме секунды. Этот ужасный поцелуй же не может продолжаться вечно? Однажды он закончится?
Он длится двенадцать секунд. А по ощущениям, как будто двенадцать лет. Когда Вадим отстраняется, я еле сдерживаюсь, чтобы не вытереть брезгливо губы рукавом пальто.
Глава 13. Утро надежды
Марк
Кофе в турке закипает, и я выливаю его в кружку. Он для Анжелы. Она пьет только такой. Не признает кофемашины, хотя я купил самую дорогую, какая была в магазине. Она как раз заканчивает делать мой американо.
Кухня наполнена запахами свежей выпечки и кофейных зерен. Так пахнет надежда. Утро, когда я везу Анжелу в рехаб, всегда такое — наполненное надеждой. И я, и она думаем, что в этот раз все получится. Анжела вылечится от зависимости, и мы заживем душа в душу. Со временем я понял, что ничего не изменится, и Анжела не вылечится. Но утро перед рехабом все равно люблю. В глубине души, на подкорках сознания надежда не умирает.
Дверь ванной распахивается. Анжела босыми влажными ногами шлепает по ламинату. Заходит в кухню и с улыбкой направляется ко мне.
— Ммм, мой любимый кофе, — глубоко вдыхает с закрытыми глазами. — Спасибо, дорогой.
Анж подходит ко мне вплотную и обнимает за шею. На ней белый халат. Жена трезва, как стеклышко, пахнет сладким гелем для душа и мятной зубной пастой. Прижимается ко мне. Полы ее халата чуть расправляются, оголяя грудь. Она трется ею о мою.
Неизменная традиция каждого утра перед рехабом — это секс. Так называемый секс надежды. Мы трахаемся как не в себе, наверстывая упущенное за те месяцы, что Анжела была беспробудно пьяна. Сейчас семь утра, самолет в час дня. Времени у нас предостаточно. Жена целует меня в губы. Это поцелуй надежды. Анж говорит мне им: «Я вылечусь, и у нас все наладится». Я ей больше не верю, но на подкорках сознания надежда теплится. Жена опускает руку мне на пах. Гладит член через домашние спортивные штаны.
Я странно себя ощущаю. Член твердеет под лаской жены, но в то же время я не хочу Анжелу. Хотя она трезвая, вкусно пахнет и отправляется на несколько месяцев в рехаб, после которого наша жизнь якобы изменится.