Я не влюбилась, это все его ораторское мастерство виновато.
Не очень отдавая отчета в собственных действиях, я снимаю под партой кольцо Вадима и засовываю его в карман джинс. Затем кладу руки на парту. Марк рассказывает, как один его клиент покупал фирму-конкурента, а ФАС не давала разрешение на сделку, поскольку видела в ней угрозу для конкуренции на этом рынке. С третьей попытки и после десятков писем Марку удалось получить от антимонопольного органа разрешение на сделку.
Я могла бы взять этот кейс в свою ВКР. И вообще, Марк бы мне очень помог, если бы, например, дал интервью для моей выпускной работы. У меня один из методов как раз экспертное интервью. Борис Юрьевич говорил, что нужно взять не менее шести интервью. У меня пока только два человека согласились, один из которых мой папа.
Чем дольше я сижу перед Марком, тем сильнее меня затапливает жгучий стыд. Сама навязалась ему, сама себя предложила. Он сходу сказал, что женат, а я все равно к нему лезла. Боже, какой позор, какое унижение.
Я смотрю на обручальное кольцо Марка на его руке и чувствую, как у меня краснеют щеки. Торопливо опускаю на лицо распущенные волосы и смотрю в тетрадь. Беру ручку и начинаю записывать за Марком. Имитирую какую-то деятельность, чем только привлекаю к себе его внимание. Он смотрит на меня. Я чувствую.
Но мой взгляд так и норовит оторваться от тетради и устремиться в сторону правой ладони Марка. Туда, где он носит золотое кольцо. Чем дольше я на него смотрю, тем сильнее боль, которую я испытываю. Что-то ноет в груди. По телу растекается горечь. Она отравляет меня.
«Он женат. Он женат. Он женат», долбит мысль в голове.
— На этом сегодняшнее занятие подошло к концу, — подытоживает Борис Юрьевич.
Одногруппники аплодируют Марку. Правда было интересно, не многие гости удостаиваются таких оваций. Я тоже хлопаю. А у самой руки задеревенели, пальцы не гнутся.
Кто-то из одногруппников задает Марку последние уточняющие вопросы. Я же начинаю спешно собираться. Нужно смыться отсюда поскорее. И без Марка найду, у кого взять интервью для ВКР.
— Эвелина, задержитесь, пожалуйста, — тихо просит меня Борис Юрьевич, когда видит, как я торопливо складываю свои вещи в сумку.
У меня аж сердце в пятки проваливается. Догадка осеняет меня. Научник хочет, чтобы я взяла интервью у Марка для своей ВКР. Я просто не представляю, как буду это делать. Притворяться, что не вешалась ему на шею и не предлагала себя?
— Я тороплюсь, — шепчу Борису Юрьевичу.
— Всего на минутку. Это важно для вас.
Я чувствую себя как перед концом света.