Скованная оболочкой мощь пугала. Она была чужда всему, что умел и знал в магии Локи. Вечное Пламя Суртура, расположенное в другой части сокровищницы, было куда привычней и понятней, хотя реальной опасности для любых божественных рас представляло как бы не больше, ведь его нельзя было потушить никакими силами, и только самые могущественные существа были способны покорить его мощь своей волей, всех остальных оно бы просто пожрало, невзирая ни на какие стены, броню и плоть, едва ему дали бы вырваться из границ зачарованной жаровни.

Однако просто стоять и смотреть на переливы света за синими гранями я не собирался. Не для того я сюда шёл, чтобы трусить в последний момент, тем более зная, что я могу использовать наследие Йотунхейма.

– Что бы ни случилось с моей внешностью, не бойся, – предупреждаю Лауру, протягивая левую руку к Ларцу.

И… осторожно касаюсь пальцем. Одним. Осторожная и невесомая мысль вместе с моей собственной силой скользит вперёд, в намерении нащупать и познать суть артефакта. Секундное онемение и вспышка дикого холода, вопреки нормальным инстинктам, заставляют руку дёрнуться дальше, полностью ложась на поверхность Ларца, но не успевает обжигающий мороз лизнуть ладонь, как сменяется приятным теплом, поднимающимся по руке всё выше и выше. Открытая кожа стремительно синеет вместе с распространением этого ощущения, и одновременно с новым цветом на ней появляются спиралевидные узоры Ледяных Великанов. Творение йотунов признало меня «своим»…

У Ларца Древних Зим не было привычного мне нейроинтерфейса техномагических артефактов Асгарда, но был его аналог, построенный на чистой магии. Он был грубее, не сказать, что примитивнее, но, если так можно выразиться, опирался более на инстинкты… нет… физиологию… тоже не совсем… Скорее это было что-то вроде интуитивно понятного набора рефлекторных реакций, что у меня неожиданно появился. Очень странное ощущение. Странное, но приятное. К тому же нейроинтерфейс оставался нейроинтерфейсом, хоть и воплощённым на другой логической базе, и через него я вполне мог понять и осознать функционал артефакта. Чем и занялся, и… с трудом сдержал смех. Нет, Ларец, безусловно, можно было использовать как оружие, в этом плане он был даже опаснее Гунгнира, так как мог накрывать одним ударом многократно большие площади и буквально менять климат целых континентов и планет, пусть и не мгновенно. Можно было использовать как средство управления погодой — наслать или упрятать в него бурю и самый крутой шторм было несложно. Но это всё меркло перед основной его функцией.