Утро следующего дня. Земля. Пуэнте Антигуо.

Я наблюдал за Тором уже десять минут. За Тором, что готовил завтрак. Для тех, кто знает Тора — картина психоделичная. В смысле, он был способен освежевать кабана на охоте и посадить его на вертел над костром, но даже это делал всего пару раз на моей памяти, обычно же в отряде за кашевара был Вольштагг, как самый заинтересованный, а следовательно, ответственный в этом деле «человек». Но нет, Бог Грома в изгнании преспокойно соображал омлетик на электрической земной плите и явно ждал компанию климатологов, ну или кто там они, к столу.

– Не забудь посолить.

– Да, точно. Спасибо, Локи… – рефлекторно ответил здоровяк. – Локи? – о, какие большие глаза! – Локи, брат! – меня попытались сграбастать в широкие объятья, но пронеслись сквозь иллюзию, чуть не снеся обеденный стол.

– Если ты пытаешься меня придушить, то сделай лицо попроще…

– Я? Что? Нет! – несколько возмутился бывший Громовержец, но всё-таки перестал пытаться облобызать фантом.

– И да, я тоже рад тебя видеть… Когда ты научился пользоваться плитой? – всё-таки не удержался я от озвучивания зудящего внутри вопроса.

– Это совсем не сложно! – оживился блондин, возвращаясь на прежнее место. – Вот этой штукой меняешь температуру, а вот этой мешаешь, – поочерёдно указал он на ручку плиты, а потом и лопатку, – ножом нельзя, – продолжил деловито просвещать меня Громовержец, – можно поцарапать покрытие. В Мидгарде очень хрупкая посуда! А рецепты записаны в этой книге! – мне показали что-то вроде брошюрки с подписью: «Как приготовить простой и сытный завтрак?»

– Кстати, выключи, а то подгорит, – посоветовал я, стараясь не выдать лицом, как у меня почёсывается задняя стенка черепа.

– О! Да, конечно, – здоровяк поспешил выполнить совет, заодно переставив сковороду на соседнюю конфорку.

А вот после этого действия он замялся, и в кухне наступила тишина. Довольно неуютная тишина, как минимум для одного аса с короткой светлой бородкой.

– Я… Ты… – попытался что-то сказать Тор, скользнув глазами на моё лицо… и умолк.

– Ты как всегда красноречив, – я вздохнул. – Ну рассказывай.

– Что? – он не понял.

– Как дошёл ты до жизни такой, я уже примерно знаю, – изображаю на лице нечто долженствующее выражать сочувствие, но перед собой я мог быть честен — получилось у меня не очень. – Тут-то тебе как?

– Странно, необычно, – вздохнул могучей грудью мужчина, опуская голубые глаза к полу. – Если бы не леди Джейн, полагаю, что пришлось бы куда тяжелее.

– Леди Джейн? – я сделал вид, что не знаю, о чём он говорит.