– Ну ладно, Пеппер уже в доме, не буду вам мешать, – допив последние капли виски, поднялся на ноги гость.
– А ты сейчас куда? – спросил совсем не то, что хотел, Старк, хотя и сам ещё не успел понять, чего же именно хочет.
– На уроки.
– Уроки?
– Я сейчас подрабатываю учителем истории в одном частном колледже, – обескураживающе улыбнулся Локи. – Очень весело, если хочешь знать, но подробности как-нибудь потом, – опустевший стакан с веским звуком опустился на столик. – Итак, я тебя предупредил — дальше ты сам. Может быть, заскочу на день рождения, бывай, – Тони хлопнули по плечу, и фигура визитёра исчезла в золотисто-зелёных переливах…
Вашингтон. Через несколько дней после исцеления Тони Старка.
Она вновь шла по коридору, с трудом воспринимая расплывающиеся стены. Её руки крепко сжимали рабочие папки, её ноги уверенно шагали в такт спешащему впереди человеку, её губы чётко и быстро отвечали на задаваемые время от времени вопросы, но всё это происходило без её воли. Сколько так уже продолжалось? Месяц? Год? Или уже десять лет? Она видела всё, всё воспринимала и осознавала, но ничего не могла сделать, ни на что не могла повлиять. И только когда Другая, та, что управляла руками, ногами и речью, оставалась без дела, замирая в ожидании и неподвижности, она могла хрустнуть суставами пальцев. Мимолётно ощутить отблеск контроля над конечностями, выполняя роль вредной неосознанной привычки.
Сегодня, как и сотни раз до этого, мир перед глазами расплывался под нечёткой пеленой, родные зрачки, более неподвластные её воле, смотрели куда угодно, кроме тех мест, что хотела видеть она. У её пленителя были встречи и разговоры. Кабинеты сменяли друг друга, рабочие папки переходили из рук в руки, Другая делала доклады и заваривала пленителю кофе. Всё было как всегда — лишь отчаяние и бессилие в каждом миге.
Рабочий день подходил к концу. Последние встречи, привычное ожидание с мучительно-сладким привкусом мимолётного контроля над пальцами и стремительный шаг к машине… Что что-то происходит, она поняла не сразу. Слишком давно утратила надежду на побег, слишком безразличной стала к тому, что делает Другая, управляя её телом по воле пленителя. И всё же последующие события заставили её скинуть апатию, ведь Другая сообщила пленителю то, чего не было.
Приглашение на ужин от важного покровителя, которого пленитель не мог игнорировать. Приглашения не было, но Другая о нём сказала. Сообщила место, время, пожелания пригласившего… Чётко и деловито, как делала тысячи раз до этого на любую другую тему. Но все эти тысячи раз Другая говорила только проверенную и беспристрастную правду, а сейчас соврала. Соврала тому, кто её породил.