Макс пристегнул к поясу сумку с предметами индивидуальной гигиены, то, что в народе именуется мыльно-рыльным набором, и вплыл за более опытными космическими путешественниками в тоннель. Стенки его были снабжены поручнями, достаточно прочными, чтоб ухватиться, но в то же время мягкими и упругими, не оставляющими шишек на головах новичков.

Семеро спутников ломщика, шесть парней и одна женщина средних лет, прибывших вместе с Максом, имели княжеское поручение перетряхнуть станцию, если надо — разобрать по винтикам. Главное — найти канал передачи вредоносной команды. Эйшер, руководитель группы, представила своих людей Радмиславу Радиславичу, возглавлявшему постоянный экипаж. Макса упомянула вскользь, вроде бесплатного и вряд ли полезного приложения, внештатника на побегушках. Все это происходило в обширном отсеке сразу за шлюзом, где внештатник моментально уловил, насколько княжьему родственнику неприятен визит их компании, формально прибывшей помогать в поиске диверсантов, а по факту призванной учинить ему проверку.

— Располагайтесь в жилом модуле, предназначенном для ротации. В вашем распоряжении восемь суток, — процедил Радмислав.

— Допускаю, что этого срока недостаточно, — сразу полезла в пузырь Эйшер. — Мы имеем программу проверки, высочайше утвержденную князем, и не улетим до ее завершения.

На холеной физиономии Радиславича ясно читалось: неужто ты, холопка, смеешь противиться воле моего сиятельства (или светлости — зависит от претенциозности носителя титула)? Только упоминание прямого приказа Всеслава обрезало возможность возмущаться, и космонавт снизошел до объяснений.

— Ты не понимаешь. Сменяемый экипаж остается на двое суток, пока прибывший принимает вахту и адаптируется. Люди устали и ждут возвращения на Землю.

— Главное, что я понимаю: не в каждую смену падает лунный корабль, — отрезала Эйшер. — В смену тех, кто обязан был не допустить чрезвычайного происшествия, то есть вас. Поэтому пусть ждут нашего решения. Виноватого мы найдем.

Женщина, демонстрируя независимость, похоже, перегнула палку, погладив вельможу против шерсти.

— Уж не думаешь ли ты, что кто-то из моих людей умышленно устроил диверсию? — вспыхнул Радиславич. — Не лучше ли тебе и твоей шайке немедленно убраться назад?

Но Эйшер не смутилась.

— Я точно знаю, что вы были обязаны не позволить катастрофе произойти. Факт остается фактом: и корабль, и добывающее оборудование уничтожено. Значит, нравится вам или нет, будем выяснять, что произошло. Версии две: либо кто-то нарушил протокол безопасности, и враг проник в систему управления, либо сам протокол несовершенен, тогда вина лежит на составившем его. Без прямого приказа Всеслава моя команда станцию не покинет. Ваши люди, включая тебя лично, при всем уважении, тоже остаются на орбите — до особого распоряжения князя.