— Думаешь, наши специалисты глупее тебя и не знают, откуда может появиться угроза?

— Может — да, может — нет. Посмотрим. Если все в порядке, то я за вас рад. Отрицательный результат — тоже результат. Получив его, ваш потенциальный противник начнет искать другой путь. Поскольку я играю как бы на его стороне, вот и буду думать за врага. А пока нужна машина с выходом в глобальную сеть.

«Именно то, что запретил отец», — вздохнула про себя Руслана.

— Для чего?

— Теоретически, если отбросить обмен информацией через чипы, возможны два пути. Оператор формирует промпт-запрос, получает от Глобы ответ, записывает его на какой-то носитель, электрически разрывает связь и соединяет носитель с машиной во внутренней сети Кречета. Либо изоляция неполная, существует какой-то хитрый шлюз для обмена данных между вами и миром.

— Ты меня об этом спрашиваешь?

— Нет, конечно. Я — засланный шпион врага и должен все узнать сам. Но, предположим, еще не проник внутрь и пытаюсь взломать вашу крепость снаружи. Для этого мне и нужна связанная с Глобой машина. Разницы нет — она здесь или в Пскове. Или в Каракоруме.

— Что ты знаешь про Каракорум? — встрепенулась Руслана.

— Только общедоступные слухи, собранные, когда готовился в пеший тур. У вас назревает очень серьезная сделка, которая может перерасти или в прочный альянс, или в войну. На саму сделку мне плевать. А вот Ахметовы — в числе тех, кто не прочь узнать, что у Радиславичей внутри. В общем, давай не терять времени. Веди меня к вашим мастерам машинного доения цифрового мира. Там разберемся.

Как он непривычно выражается… Машинное доение⁈ И эти слова: «давай не терять времени». Именно так сказал ее отвергнутый жених, когда уговаривал (и уговорил-таки) на внебрачную близость. Раз бросают одинаковые слова, значит, и внутренне схожи.

Неприязнь к Максу возросла. Но одновременно зрело убеждение, что внесистемный негодяй — человек умный. В его рассуждениях могло быть рациональное зерно, и это стоило проверить.

— Идем! Но не слишком долго.

— Как скажешь. Но я бы поработал. У меня в Кречете пока нет никаких интересов, кроме службы. Сама понимаешь, завести личную жизнь с девушкой или с кем-то подружиться в заключении трудно.

Так и сказал «с девушкой» — как об абстракции, совершенно игнорируя, что самая обворожительная девушка княжества шагает рядом! Конечно, Руслана мечтала о настоящей любви, без того обмана, на котором обожглась, хотела быть любимой своим избранником… Но нравиться желала всем! А этот демонстративно воротил нос. «Красивая, ухоженная», это прозвучало так, будто собирался добавить «знавали и лучше». «Ты у меня попляшешь!», –мысленно пообещала она.