Такое решение было не совсем рациональным, ведь приходилось часть своей мощности тратить на противодействие самому себе, но с точки зрения самого Эфира это выглядело целесообразно.
Целенаправленная атака архонта архонтом тоже требовала вполне очевидных решений по отношению к тому, кто нанес первый удар.
И, как и в случае с тревогой, творение Предтеч точно так же успешно противилось тому, к чему его подталкивала собственная природа.
Эфир был выше данных «инстинктов» и действовал предельно логично… предельно логично для объекта с желтым статусом.
Если отбросить падение Эфира-7, то можно сказать, что все шло идеально. Столкновение архонтов и Лорда, решение одного из победителей покинуть этот мир.
В этом не случилось осечек.
Проблема возникла в ином и выражалась в той надписи, которую вписанные протоколы заставляли выводить на один единственный экран, но которая оставалась лишь внутри него самого.
— ВНИМАНИЕ. ОБЪЕКТ ЭФИР-17 ПОКИНУЛ СЕТЬ ОБЪЕКТОВ ЭФИР
Это было внезапно.
Уход или гибель архонта за номером 173 должен был привести к совсем другому результату. А именно ко сну. До этого самого момента Эфир-17 не выказывал никаких признаков самостоятельности.
А значит, за «новичком» придется тщательно следить. И если тот начнет мешать, то…
Ничто и никто не должно встать на пути к цели!
Два года спустя
Взрыв она услышала, когда выходила с полигона Акаяши. Его трудно было не услышать, ведь случился тот в считанных сотнях метров.
И если что и удивило Изуми, то не то, насколько безалаберным оказалось очередное покушение, результатом которого (судя по ее чувствам) стало несколько легких ранений у слуг рода, а то, что произошло оно внутри, казалось бы, тщательно защищенного места.
Вокруг нее тут же сгрудились четверо телохранителей, закрывая исходящими червячками молний щитами, но новых атак не последовало.
«Возможно, что целью была и не я?» — Задумалась Киоу.
Война, в которой она не участвовала напрямую, но, в силу способностей, очень скоро стала одной из приоритетных целей, вроде как уже закончилась. Официально. Но диверсии и покушения продолжались. Иногда даже вопреки воли тех, кто стоял у истоков этого колеса насилия.
Смерти близких и товарищей неизбежно порождали в сердцах желание мести.
Интересно, почему некоторые из уничтоженных в короткой, но кровавой междоусобице родов персонифицировали свою месть на целительнице?
За все время она не оборвала ни одной жизни, а лишь спасала все новые и новые.
Похоже, что дело именно в этом.
Через десяток секунд место происшествия стало весьма людным, но сама девушка могла о том судить только по силам Тсуки Но Казе, так как ее очень быстро увели с открытого пространства в сторону.