Ясное дело, что от одного мешка экипаж «Берсерка» не помрёт с голоду. Учитывая и то, что он составляет не весь наш рацион питания.

Всё же это только на галерах по типу «Царицы» и «Хрюши» игроки вынуждены питаться безвкусными пайками.

А вот конструкция «Берсерка» уже позволяет иметь самый настоящий камбуз, где наш славный Горох, шеф-повар с Земли, старается скрасить долгие дни плавания своей готовкой.

И именно на его «кухоньку» пролезли ныряльщицы, когда мы грузили в Киото продукты.

— Ладно, раз поймали, то теперь давайте проясним, на кой чёрт вы вообще сбежали из Киото? — решаю я перейти сразу к делу.

— Мы всего-то хотим повидать мир! — ударяет себя в грудь Сакура.

Но навык «Политика» чётко даёт мне понять, что девушка врёт. Причём, нагло и бесповоротно.

Вон, как Прима оглядывается на подругу.

— Если я не услышу правду в течение минуты, то вас обеих выкинут за борт, — заявляю я. — Учитывая ваши способности, вы сможете добраться обратно до Киото, а там разбирайтесь сами.

От такой перспективы пыл девушек резко сдувается, и они переглядываются между собой.

— Я всё ещё жду ответа, — напоминаю я.

И теперь слово берёт Прима, подруга Сакуры.

— Мы не хотим и дальше служить Киото, — вздыхает девушка. — Мы сбежали оттуда, чтобы обрести свободу.

— О какой свободе идёт речь? — хмурю я брови. — Мне казалось, что жизнь в Киото не так уж и плоха.

— Для мужчин? Вполне возможно, — кивает Сакура. — Для девушек? Можно поспорить. Для морской девы? Это не жизнь, а каторга.

— Девушкам, которых отобрали в морские девы, нельзя заводить отношения. Нельзя создавать семью. Они будут всю жизнь служить Сёгуну и только, — заканчивает мысль Прима. — Слишком ценный ресурс, как нам говорят. И мы должны отдать свою жизнь на службу полису.

— А вы, стоит понимать, против этих порядков? — понимаю я.

— Естественно! — восклицают обе девушки. — Мы вообще-то замуж хотим! Парней найти нормальных, а не это всё…

— А чего тогда вообще в морские девы пошли? Или вас насильно туда призывают? — поглаживаю я подбородок.

— Когда у тебя выбор или попробовать стать морской девой или пойти корячиться сутки напролёт на рисовых полях, то понятно, какой выбор ты сделаешь, — качает головой Сакура, — У нас не было альтернативы. А тут вы…

— И вы поняли, что это ваш шанс, — вздыхаю я.

— Угу.

Вот вам и «угу».

— Ясно всё с вами, — киваю я, после чего оборачиваюсь к коку. — Горох, об их появлении не должна узнать ни одна живая душа. Отвечаешь головой.

— Слушаюсь, босс! — кивает судовой повар.

— Вы нас не бросите? — спрашивает Сакура, едва ли не пожирая глазами.