После случая с Бендером и его компанией я чётко усвоил урок. За всем нужен присмотр. Особенно за столь ценным ресурсом, как информация.

По этой же причине к обязанностям Третьего и контрразведки добавился надзор за средствами массовой информации. Разумеется, подобные структуры в Королевстве только только появлялись. Есть газеты, несколько тематических журналов, но не более. Все они организованы моими приближёнными, потому держать руку на пульсе относительно просто.

Назначенные люди прекрасно понимают, что раскачивать лодку — бесперспективное занятие.

Но кто знает, что будет в будущем? Когда Спарта продолжит расти, когда появится настоящий кинематограф, возможно, возродится радио, интернет, да много чего ещё!

Кто может гарантировать, что в будущем у нас не объявится второй Бендер, но уже на почве журналистики? И насколько велик окажется ущерб, если мы позволим лживым слухам расползтись по умам игроков?

В общем, тема скользкая, а потому, чтобы не допустить ошибок, сведения с полей сражений приходят с некоторой задержкой. Чтобы в случае необходимости подготовиться к любым неожиданностям.

К этому моменту наша небольшая процессия подходит к палаточному лагерю.

И я указываю на него ладонью.

— Ты имеешь полное право придерживаться своих взглядов, Ловелас, — произношу я. — Я не стану тебя отговаривать, не буду заставлять признать свою неправоту. Не стану угрожать ссылкой в сырые катакомбы — знаю, что ничего из этого не сработает. Но я лишь попрошу тебя посетить это место. Не забывай при этом смотреть по сторонам. Идёт?

— Идёт, — с сомнением отвечает мужчина, и мы заходим внутрь лагеря.

Лагеря беженцев. Вот что это такое.

Спарта продолжает проводить тайные вылазки вглубь орочьих земель, и чем дальше мы продвигаемся, тем больше жестокости встречаем.

Игроки вдоль западной границы Междуречья были присоединены в последнюю очередь. Они ещё не познали истинного орочьего «веселья». А вот их товарищи из центральных земель Междуречья и с его восточной окраины испытали это на себе.

В полной мере.

Здесь же трудятся волонтёры, гражданские, вызвавшиеся помочь лекарям позаботиться о пострадавших, как только в газетах появилось сообщение о страшном открытии.

— Что это? — тихо спрашивает Ловелас, проходя мимо игрока, лишённого ног. Лицо мужчины украшают страшные рваные шрамы. Даже Система не в состоянии их полностью исцелить.

— Это, Ловелас, то будущее, которое нас ждёт, если Спарта падёт, — сухо отвечаю я.

Для орков люди — низшая раса. Даже победа в Великом Мочилове этого не изменит. Возможно, кто-то из зеленокожих и задумается, но их число будет подобно капле в море.