— Ага-ага! — отвечает ей Алиса, все еще маша ладошкой нашей знакомой.

— Алиса, на нас же люди смотрят…

Менфи, сидевшая по мою левую руку, демонстративно качает головой и массирует виски.

— Будто бы ее это вообще волнует.

Хрюша же пожимает плечами, мол, когда хоть было иначе?

— Алиса, спокойнее, — говорю я супруге. — У нас еще весь день впереди. Уверена, что прыгать головой вниз сейчас — это лучшее решение?

— Тоже верно, — задумчиво произносит девушка и элегантно садится на свое место.

Геля посылает мне благодарную улыбку, на что я подмигиваю той в ответ. Мэнфи и Хрюша переглядываются между собой, после чего синхронно издают смешки.

Одна Алиса продолжает пожирать глазами участников олимпийских игр, не замечая ничего вокруг себя.

Выходцы из Спарты, одетые в алые спортивные костюмы, обходятся стягом с белой короной на алом фоне. По сути своей олицетворение Спарты, как оно есть — сердце всего Королевства.

Жители Киото, идущие следом и чьи юкаты выкрашены в темно-синий, довольствуются синим знаменем, в центре которого изображен черный осьминог. Отсылка на происхождение их морских дев и их губительную силу для любого флота? Любопытно.

— Давайте, ребята! Размажьте их всех! — с одной из лож разносится рев Князя О. Вот кто вовлечен в происходящее на все сто двадцать процентов.

— А ничего, что ты не пригласил других Князей в нашу ложу? — тихо интересуется у меня Мэнфи.

— Мы еще успеем друг другу надоесть за время проведения Олимпийских игр, — улыбаюсь я. — Тем более, что наши встречи почти всегда заканчиваются ворчанием о работе. Сейчас же, что мне, что им не помешает хороший отпуск. И уж с кем мне его провести, как не со своими красавицами!

— Подлый льстец, — шлепает ладошкой по моей руке зеленоглазка.

— Хочешь сказать, что я вру? — подмигиваю Мэнфи.

— Не врешь, — отвечает супруга, явно довольная моим ответом. Очки, различающие ложь, всегда на ней, а потому знает же, что я говорю искренне!

Знает и все равно требует ответов! Вертихвостка.

Меж тем на арене появляются москвичане.

Москва, облачившись в белые и желтые жупаны, будто на парад, щеголяет скрещенными молотом и вилкой, демонстрируя главные таланты их «маленькой Италии» — каменщиков, скульпторов и пекарей.

Ну, хоть не стали брать серп и молот — и на том спасибо!

— Я, кстати, давно не видела Актрису, — вдруг произносит Геля. — С ней же все хорошо? Она должна была давно восстановиться от Синей Смерти.

— О, с ней более чем хорошо, — усмехаюсь я. — Просто ее теперь не оторвать от ее нового мужа, Насруллы. Их «страстная борьба» разносится по всем уголкам дворца Актрисы уже который месяц.