Но ради этого нужно отказаться от всего, что у меня есть сейчас

Останусь ли я со Спартанской Империей до самой смерти или отрину оковы и стану чем-то большим. Чем-то великим.

Почему-то… даже задав вопрос под таким углом, я ни на мгновение не засомневался. Даже любопытно почему.

— Я выбираю семью, — заявляю я Системе.

Поздравляем! Вы сделали свой выбор. Пройдите через портал, чтобы подтвердить выбор.

Кивнув, я направляюсь к золотому порталу. У меня было столько вопросов. Но мне не дадут на них ответа. Система дала понять, что смертным не дано знать всего. Выбери я иной путь, и наверняка бы смог несколько часов к ряду обсуждать устройство миров Системы.

Но я не жалею. Ведь на той стороне меня ждали и родные, и близкие, мои друзья и товарищи. Все те, ради кого я готов был отдать свою жизнь без сомнений.

Уже когда я практически вхожу в портал, позади меня раздаётся голос Системы.

Мы были рады пройти весь этот пусть рядом с вами. Мы желаем, чтобы вы не сожалели о сделанном выборе. Система даёт каждому второй шанс. И мы счастливы, что вы воспользовались им по уму.

На моих губах появляется озорная улыбка.

— Спасибо…

За то, что позволили мне сделать этот выбор.

И я вошёл в портал.

* * *

— Шурик! — я только развожу руки в стороны, чтобы успеть обнять врезавшуюся в меня женщину. — Я до последнего не верила, что это ты со мной связался!

— Здравствуй, тетя, — расплываюсь я в улыбке. — Давно не виделись.

Тётя Анастасия была невысокого роста. С подтянутой фигурой, длинными чёрными кудрями и серыми, как сталь, глазами. Когда она улыбалась на её щеках моментально проступали две ямочки. Даже спустя столько лет с нашей последней встречи, я не мог забыть её заботливую улыбку, с которой она на меня смотрела.

В тот самый день, когда всё началось, я ехал к ней, копать картошку. Именно она подкармливала меня припасами в голодные студенческие годы. Сейчас, когда наша фракция разраслась настолько, что охватила всё человечество, я наконец-то нашел её.

— Давно, это ещё мягко сказано! Ты не представляешь, как я за тебя переживала! — восклицает женщина, пряча лицо в моей груди. Когда же её плечи перестают дрожать, она поднимает на меня свои серые глаза, и я вижу стоявшие в них слёзы.

Я даже не заметил, как у самого защипало в глазах. Вот только моя тётя никогда не любила горевать, поэтому, смахнув слезинки, она тут же хватает меня за щёки и принимается вертеть во все стороны, окидывая цепким взглядом.

— А ты вырос. Возмужал. Даже бороду отрастил. Зря! Она тебе абсолютно не идёт! — произносит она с блеском в глазах.