— В точку!
— Как приятно, что даже ты это подтверждаешь… Неделю назад я подписал указ о расторжении государственного договора с последним действующим кланом и окончательном роспуске его всадниц. В общеизвестном понимании Шелеховы — больше не клан.
Шелеховский ментал-гипноз волной обрушился на мою голову, но я уже был не тот мальчик Миша, что попался ей четыре года назад. Теперь я знал. И умел.
Остро заточенный нож вонзился в грудь адмирала Погибель.
— Ты перехитрила сама себя — с твоей смертью не останется никого, кто обладает твоими знаниями. Я не знаю — каково это видеть, как умирают твои дети. Я до сих пор не понимаю, как можно хладнокровно сводить свою дочь с партнером, ожидая нужного потомка. Вот он я. Ты счастлива?
— Да… — в последний раз улыбнувшись, прохрипела Ирина Николаевна, заваливаясь за спинку скамейки.
Снег плакал под ногами: скрип-скрип, скрип-скрип…
Забавно…
Я ненавидел кланы и клан Шелеховых в особенности. Но был еще один человек, ненавидевший все это едва ли не больше, чем я. И кто?.. Ирина Николаевна Шелехова, прямой потомок первого Шелехова…
Способности Шелеховых никуда не делись. Остались записи, остались носители. Но через некоторое время Руслана со своими бойцами наведается и в это гнездо. Мне обещана жизнь маленького Михаила Михайловича. После Лешки никто ведь не удивится, что Лось подбирает приемышей?..
Скрип-скрип, скрип-скрип…
Я шел к машине и все еще ненавидел Шелеховых: ведь это они сделали меня таким.
Глава 14. Эпилог
— Сделай мне подарок на Рождество: не езди завтра к Светке! — сквозь зевок попросила ночью Ната.
Вообще-то мне так и так следовало наведаться в Подмосковье, чтобы понять, как обустроился там мой полк, а заодно раздать плюшки и пендели. Квадрат — умница, но за ним тоже следовало время от времени приглядывать, к тому же неплохо было поговорить с Ван-Димычем, Сашком, Антоном, Максом. Особенно с последним — осознав себя единственной любимой сестрой правителя, Вика что-то не спешила сочетаться браком с отцом своего будущего ребенка и основное — съезжать жить к нему. Я, как мог, ее уговаривал, но пока наши дискуссии замерли на неопределенной ноте.
— Хорошо! — отозвался я на просьбу. Что стоит сделать человеку приятное, если мне это ничего не стоит?
— Забавно… — прошептала уже проваливающаяся в сон Натали, — Мне навязывали правление империей… но, оказывается, управлять управляющим гораздо приятнее…
Вынырнул из дремы, приподнял голову и поглядел на жену.
«Ладно, твоя взяла! — отозвался вечно встревающий куда не надо внутренний голос, — Все-таки дура! Зато смотри, какие сиськи!!!»